С открытием УЗИ мировая медицина получила возможность увидеть плод в разных стадиях развития и начались проблемы. Биологи и психологи вновь получили пищу для баталий за звание истинного знания. Дело в том что маленькие дети находясь в чреве матери способны изобразить на лице массу эмоций. Это и улыбки и обиженные гримасы, и равнодушная отрешенность. Вам это показалось – стандартный ответ биологов, но мы продолжим изучать вопрос и узнаем что при стрессе матери плод так же ускорит свое сердцебиение. Это воздействие гормонов ответят нам снова. Кажется материализм побеждает вновь. Но неожиданно на сцену выходит пренатальная психология.
В двадцатом веке после бурных скандалов и запретов классического психоанализа армии психоаналитиков все таки удалось разобрать внутренний мир пуританского обывателя закрытого сотней комплексов и подобраться к переживаниям детства. Потребовалось в конце концов перейти в новое тысячелетие и говорить о результатах исследований стало возможно почти открыто в научной среде, а не только в кругу коллег. Профессор Брехман из университета Хайфа в Израиле задается тем же вопросом относительно эмоциональности плода и делится обзором психоаналитического материала на этот счет (Брехман Г.И. «Жиночий Ликар» 2011 №2 стр 10-15). Оказывается десятки специалистов уже давно имеют массу свидетельств наличия материала никак не относящегося к жизни клиентов после рождения, напротив корень их проблем лежит в области абстрактных переживаний перевести которые в область сознательного вообще технически невозможно, потому что самого сознания в момент их появления еще не существовало (в привычном взрослым людям смысле).
Если нам никак не удавалось выяснить что либо определенное об индивидуальности младенца и плода до рождения из-за отсутствия возможности поговорить с этими «объектами» реальности, то оставалось одно решение. Нам нужно было лишь вспомнить что младенцы и еще ранее плод это мы сами. Как ни удивительно все эти заслуженные взрослые люди из научной среды когда то были неприлично маленькими и несмышлеными. И самое поразительное что данные о своих эмоциях в период до появления на свет они предоставляют самостоятельно в процессе психологической терапии. В определенный момент времени углубляясь в воспоминания прошлого пациенты подходят к грани своего рождения (эту точку в терапии не заметить невозможно, она занимает значение равнозначное работе с фигурами родителей) и следуя далее сталкиваются с продолжением эмоциональной жизни. Нет никакого прекращения рефлексии, нет черной бездны полной безмолвия. Напротив многие конфликты и проблемы формирования взрослой личности лежат в периоде его пребывания в чреве матери. Часто это может описываться как работа с бессознательным, либо вполне конкретными ситуациями о жизни матери до рождения пациента. Некоторые скептики могут заметить, – конечно, эти сведения были получены пациентом после рождения, от родных, когда он был вполне разумен. И мы вынуждены напомнить, пациент пришел к нам уже сформированной личностью, именно такой какой его сделали данные события. Он мог узнать что-то после, создать психологические защиты от бессознательных эмоций, но именно проблема наличия этих эмоций привела его в кабинет специалиста.
Итак двигаясь по просторам памяти к моменту рождения мы установили наличие эмоциональной жизни еще до встречи с окружающим миром, что несомненно повлияло на то каким человеком мы стали сегодня. Что это означает для нашего размышления о начале жизни – мысль или сигнал? Все-таки мысль. Первичной и необходимой для возникновения жизни является именно мысль, облеченная в форму эмоции, несомненно воздействием материального мира через формирующиеся сенсорные системы организма. В жизни родителей беременность это лишь эпизод, чрезвычайно важный, но не способный оказать влияние на какое либо формирование их личностей, для ребенка же это краеугольный камень его дальнейшего пребывания в мире.
