София перевела на него взгляд, оказываясь в минимальной близости. Опасной близости. Но Анхель не пытался ее поцеловать, не требовал каких-то признаний – он просто заполнил собой все пространство, занял все ее мысли.
– Он сказал, что ему жаль…
– Наивная девушка. – Пальцы Анхеля коснулись пряди ее волос и заправили за ушко. – Такие люди никогда не делают ничего просто так. Ты так умело от меня сбежала, что я могу посоветовать тебе сделать то же самое с ним.
– Благодаря мне состоялась ваша встреча, – напомнила София и уперлась рукой в грудь Анхеля, но тут же ее ослабила. Пальцы коснулись галстука, нежно проведя по нему. Если она так будет «убегать» от этого человека, далеко никогда не скроется. – Кстати, у тебя была прекрасная возможность убить Итана Савича, но ты ею не воспользовался. Почему?
Анхель следил за каждым движением жены: как нежно она провела по галстуку, при этом облизала губы. Это было очень сексуально, поэтому даже не сразу ответил на ее вопрос.
– Анхель?
Криво усмехнувшись, цыган отошел от Софии, выпуская из клетки. Подошел к окну и встал сбоку, слегка отодвинул занавеску:
– Я уверен, что нас бы отсюда не выпустили живыми.
София нахмурилась и встала рядом. А взглянув вниз, поняла: Итан стоял у белого «Мерседеса», к нему подошли пять человек в черных очках.
– Охрана? – не поняла она. Когда София встретила Итана внизу, никого не было! Откуда они взялись? – Нас раскусили?
– Не знаю, но уверен, что он трусливее, чем ты думаешь.
– Я вообще о нем не думаю, – тут же вставила София. – Мне на него плевать.
– А ему на тебя – нет, – Анхель опустил занавеску и обернулся, пристально смотря в глаза жене, – но не будем о нем. Давай разберемся с делами поважнее. Что с нами случилось?
София не нашла, что сразу ответить. Она лишь задышала чаще от волнения, испытывая огромное желание прижаться к мужчине, схватить за его плечи и не отпускать.
Но она его уже отпустила, потому что желала ему счастья, и раз начала играть, будет делать это до конца.
– Мы стали другими, – просто ответила она. – Наша жизнь стала другой. Двое людей, которые хотели счастья, вдруг стали одинокими и несчастными.
– Это глупости. Я счастлив, когда ты рядом, и разбит, если тебя нет.
Близость, которая возникла между ними сейчас, душила так сильно, что София боялась умереть. Ей хотелось снова сбежать.
– Ты всегда бежишь, – напомнил Анхель, будто прочитав ее мысли, – но всегда оказываешься в моих руках. Сейчас я задам только один вопрос: ты все еще любишь меня? Если нет, тогда я уйду, как ты этого хочешь.
Он пальцем провел по линии ее лица, коснулся губ, а потом поцеловал, заставив Софию замереть. У девушки тут же заскребло в груди. Если бы можно было разлюбить только по одному желанию, то она бы это сделала. Но она любила! Любила его с пятнадцати лет! И как можно вдруг отказаться от чувств сейчас? Ее любовь крепла, ради нее она дошла до Шкодера, ради нее она убивала и пережила столько смертей. Ради нее она научилась прощать, слушать и слышать.
И ради нее она научится жертвовать.
– Скажи, что любишь, – прошептал он, прервав поцелуй.
Но София снова уперлась ему в грудь, отстраняясь:
– Это уже не та любовь… Вернее… Ее больше нет.
Она сделала шаг к двери – уходила. Анхель молча наблюдал за ней, не пытаясь ее удержать. Так просто отпускал…
– Если ты так считаешь, пусть будет по-твоему, – это все, что она услышала от него, когда ее ладонь коснулась ручки. Дверь захлопнулась, а слова колом врезались в память. София с трудом дошла до лифта и, проведя по шелковой ткани своего сарафана, поняла, что он приносит ей расставания.
Но ведь она именно этого и хотела – отпустить! И теперь должна летать от счастья, что Анхель продолжит жить дальше. Сможет создать полноценную семью с детьми. А себя жалеть не стоит!
Выходя из лифта, она чуть не упала, споткнувшись о бордюр. А оказавшись на улице, с трудом дошла до машины, делая вид, что прекрасно себя чувствует. Белый «Мерседес» уехал, что радовало. А Анхель наверняка смотрит на нее из окна своего кабинета.
София села в машину с гордо поднятой головой, быстро надавила на газ и выехала со двора.
Куда она ехала – не знала. Мысли были только об одном: ей надо жить дальше. Одной. Может, уйти в монастырь? Таким, как она, бесплодным, место как раз там. И хоть она никогда не задумывалась о Боге, сейчас понимала, что больше ей не к кому обратиться. Никого не осталось рядом. Даже Милош стал семейным человеком.
Задумавшись, София не сразу заметила Итана, который голосовал на въезде на главную дорогу. Она успела нажать педаль тормоза, сердце ушло в пятки – ей показалось, что она наехала ему на ноги.
– Итан! – София выскочила из машины и, добежав до мужчины, прикоснулась к нему. – Я не наехала на тебя?
– Все в порядке, – успокоил он ее, – не переживай.
– Я задумалась… – София запустила пальцы в волосы и выдохнула. – Уже второй раз у меня проблемы на дороге!
