– Он предложил один вариант, мы сейчас готовим все документы. Ты расписываешься, где нужно, а через неделю он все заверит.
– А так можно?
– Нет, но другого выхода у нас нет. Он мне сейчас скинет все бумаги, которые ты должна подписать и заполнить.
– Хорошо.
Дин сел перед своим компьютером, и распечатал необходимые документы.
– Я надеюсь, что ты хозяйка квартиры?
– Теперь да, – коротко ответила я.
Я достала все документы, технический паспорт, копия лицевого счета, и еще кучу бумажек.
Дин дал мне бланк для заполнения и начал диктовать, что нужно писать.
Подчерк, конечно, оставлял желать лучшего, но как смогла я написала. Моя квартира переходила клинике. Осталось только поставить подпись в конце. На этом моменте я остановилась. Боль опять вернулась. Пит так любил эту квартиру. В ней мы были счастливы, а теперь мне помогает ее отдать, тот кто меньше всего нравился моему мужу.
Я знаю, что Дин заметил мое смятение, но ничего не сказал.
Почему это стало так тяжело? Так думай о Пите. Либо я с квартирой, но без Пита, либо я с Питом, но без квартиры. Выбор очевиден.
Я поставила подпись.
– Что теперь? – спросила я.
– Когда приедет нотариус, то заверит документы и зарегистрирует их, – без каких-либо эмоций ответил Дин.
– А что мне делать?
– Не знаю, может, собери кое-какие вещи, или подари кому-нибудь. В любом случае, тебе нужно до послезавтра закончить все дела. Потому что у тебя осталось чуть больше суток.
– Это значит, что послезавтра я…
– Да, ты можно сказать умрешь для всех, – сказал он, и сердито посмотрел на меня.
От его слов меня бросило в пот. Умру? Но ведь я не умру. Я же просто усну.
– А этих денег от квартиры точно хватит?
– Точно хватит.
– Ясно, ну я тогда пойду?
– Иди.
– Спасибо за все. Пока.
– Пока.
Я вышла из кабинета, закрыла дверь, сделала пару шагов, и услышал шум за дверью. Звук разбивающегося стекла. Я уже хотела вернуться. Вдруг с Дином что-то случилось. Но подойдя к двери, я услышала, как он громко кричал секретарю, что бы та вызвала уборщицу. Нет, мне сейчас там делать не чего. Нужно уходить отсюда. Что я и сделала.
Добежав до машины, я обернулась. В окне было видно, как в кабинете были две женщины и Дин. Одна подметала пол, а вторая перематывала его руку бинтом. Наверно это графин полетел в стенку после моего ухода.
Он до сих пор не может смириться.
По дороге домой мне позвонила Джули. Я рада, что она не отказалась от встречи. Мы договорились встретиться у меня дома (хотя это уже не мой дом), через час.
Приехав, я заказала пиццу и немного убралась. Джули как всегда опоздала. Не помню, говорила ли я об этой ее привычке Дину.
– Привет, – сказала я, открыв дверь.
– Привет, – ответила Джули, и не дожидаясь приглашения, прошла внутрь.
Она обвела глазами комнаты и потом с ног до головы осмотрела меня.
– Прекрасно выглядишь. Тебе бы еще чуть подкраситься.
– Спасибо. Это наверно потому, что я больше не пью.
– И как тяжело? Не тянет?
– Тянет, еще как, но я стараюсь не сорваться.
Я конечно ожидала холод с её стороны при встрече, но не думала, насколько это будет тяжело.
– Джули прости меня…
– Если ты пригласила, чтобы извиняться, тогда нам понадобиться целый день, а у меня есть планы на вечер. Давай сразу к делу. Тебе нужна моя помощь в чем-то?
– Нет, – я опустила глаза, – послезавтра я, то есть меня…
Я не смогла продолжить. Вернее, я не знала, как сказать. Повторить слова Дина «послезавтра я умру для всех»? Это я не смогу.
– Нет, нет, нет. Скажи, пожалуйста, что ты шутишь.
Я отрицательно покачала головой.
– О Боже, Лиза. Так ты пригласила меня чтобы попрощаться?
– Да.
В комнате повисла тишина. Её прервал стук в дверь. Я открыла ее, это был доставщик пиццы. Расплатившись, я понесла пиццу к столику в гостиной.
– Я подумала, может, ты голодна.
– Моя подруга послезавтра умрет, но ты права сейчас мне нужна еда.
– Ты говоришь, как Дин.
– Да неужели. Может это потому что мы, в отличие от тебя, немного соображаем.
– Джули давай не будем сориться. Ты говорила, что всегда поддержишь меня, даже если я делаю глупости.
На ее глазах появились слезы. Она бросила сумку на пол и подошла ко мне, чтобы обнять. Этот жест растрогал и меня, я тоже заревела. Когда мы отстранились, я чуть-чуть успокоилась, Джули же продолжала плакать.
– И как… мне… дальше жить…без тебя? – невнятно сказала она.
Я принесла ей воды и усадила на диван.
– Вот за это я и просила прощение. Мне очень жаль, что тебе пройдется пройти через это. Я хочу, что б ты думала, будто мы с Питом просто улетели из страны. Пожалуйста, пойми меня, там я буду счастлива.
– Я понимаю, поэтому и злюсь. У меня никогда не было весомых аргументов, чтобы отговорить тебя.
– Скажи, что прощаешь меня, мне нужно это услышать?
– Мне не за что, тебя прощать. Но если тебе будет от этого легче, я понимаю тебя и не злюсь.
– Спасибо, – я почувствовала, как огромный камень упал с моей души.
