— Эм, ну девушка в порядке, — подал голос эльф, — я, пожалуй, пойду.
— Стоять! — рявкнула я, — ты, вообще, зачем здесь был?
— Так, страховал, чтобы не случилось чего, — на автопилоте ответил ушастый. И тут же возмутился, — да кто ты такая, чтобы мне вопросы задавать?
— Это ты кто такой, что организм мой контролируешь? Вы оба извращенцы!
— Ну, знаете, — зашипел эльф, — я тут ей жизнь спасаю. А она.
— Чего? — мой голос завибрировал на высокой ноте, — так ты, урод хвостатый, еще и угробить меня собирался?
— Да заткнись уже, — не выдержал Грейм, — Кринель, спасибо. Тебе лучше уйти. Мы в расчете.
— В расчете? — эльф прищурился, — это хорошо. Что же, мне действительно пора. Дела, знаете, ли.
Чуть поклонившись, Кринель ушел.
— Он чего, правда, эльф?
— Эльф, — устало кивнул сероглазый, — вернемся к делу. Изменения твои окончательные. Процесс необратим. Не знал, что получится такой результат, но деваться некуда. Все твои проблемы решаются естественным путем.
— В смысле? Как?
— Лишний вес — тренировками, девственность — ну… э-э…
Рогатый что, смутился?
— Понятно. Сексуальным контактом. Думаешь, не знаю этого? Но я не хочу проходить все по второму кругу.
— У тебя нет выбора.
— И кто же лишил меня выбора? Кто приволок неизвестно куда? Угадай, кого я буду ненавидеть оставшуюся жизнь?
— Академия дает грандиозные возможности.
— Это, какие — же?
— Ты сможешь познать себя. Научишься управлять силой.
— Да, да. Ага. Щас. Меня этим бредом не купишь.
— Послушай, Алена, — уставшим голосом проговорил Грейм, — у нас мало времени.
— Я не Алена. Мое имя Светлана.
— Ладно. Светлана. Так вот, как только ты подала заявку на учебу, она попала в наш мир. Не спрашивай как. Это не суть важно. Весь этот конкурс организован с одной целью — привлечь тебя.
— Почему именно я?
— Мощный потенциал.
— И вы это поняли по трем дурацким рисункам?
— Да. Экзамен лишь подтвердил наличие дара.
— Допустим, но это стечение обстоятельств. Анкету и договор заполняла Алена. Все произошло случайно! Нет у меня никакого дара. Только способности. К тому же рисованию. И все.
— Ваш мир блокирует способности.
— Но если все ошибка? Если у меня эти самые способности не обнаружатся, что тогда?
— Это не ошибка.
— Не хочешь отвечать, — я прищурилась, — почему же? Такой простой вопрос. Возможно, и ответ на поверхности. Ошибки просто устраняют, так?
— В тебе есть сила, — настойчиво повторил сероглазый, — я ее чувствую.
— Ладно, — сдалась я, — что ты там твердил про время?
— Слушай меня внимательно. Я поставил тебе ментальный блок, чтобы никто не мог считать мысли. Но и ты должна помнить о том, кто ты теперь. Сейчас мы пойдем к ректору. Он будет задавать вопросы. Отвечай честно. Но старайся не говорить всей правды.
— Даже так? В чем подвох?
— Долго объяснять, но очень прошу, не говори, что ты не Алена, и что я сделал. Для твоей же безопасности.
— Ладно. Что-то еще?
— Старайся поменьше о себе рассказывать. Девчонки в общежитии любят посплетничать.
— Угу. Кстати, почему я понимаю, что ты говоришь, хотя на слух речь совершенно чужая?
— Считай, подарок. Вложил в тебя знание альвадийского языка. Это весьма болезненное вмешательство. Но на фоне общей трансформации прошло успешно.
— Понятно. Рассказывать никому ничего не собираюсь. А за знание спасибо не скажу, потому как не просила об этом.
Грейм хмыкнул в ответ. А я отвернулась.
На меня нахлынули воспоминания о студенческих годах. Некогда было сплетничать. Работа, учеба, ребенок подруги. Не о чем рассказывать. Да и неинтересно никому.
— После беседы с ректором устроишься в общежитии. Первый месяц первогодки живут все вместе. После инициации распределяются в зависимости от факультета.
— Что за инициация?
— Узнаешь. Занятия с утра. Так что времени на обустройство мало. Я вот тебе форму принес, переоденься. Вещи у коменданта общежития. Вот, — Грейм черкнул записку, выудив кусок бумаги и перо прямо из воздуха, — отдашь эсте Аунт. Она же тебе все и расскажет о порядках.
Я кивнула. Когда сероглазый вышел, поднялась. На этот раз меня ничего не сдерживало. Разве только вид тела приводил в ужас. Вещи, в которых приехала, были безнадежно испорчены. Рубашку разрезали по бокам, чтобы не оголять грудь, пиджак сняли. А вот юбка с позором треснула на местах соприкосновения с выпирающими жировыми складками. Про колготки и белье говорить не буду. Хоть туфли оказались впору. Размер ноги не увеличился. Разве что полнота. Поэтому лодочки чуть жали в боках.
Местная форма представляла собой серенький сарафан, под который надевалась длинная рубашка. Сверху полагалась мантия. Очень напоминала мешок с прорезями для головы и рук. Только в моем случае эта хламида была кстати. Ага. Чехол для бегемотика.
