— Никто не видел моего лица, но лучше не рисковать, — согласилась с разумным доводом. Схватив со стола кусочек пирога, направилась в подсобку. — Эсте Лаомани, вы не могли бы сказать новой подавальщице, что я ее тут жду. Это моя подруга.
— Хорошо, я позову, — не отказала женщина, — только давай без условностей. Называй меня Лани.
— Договорились.
Пока Лани ходила за Анькой, я переоделась в форменное платье, которое еще оставалось под иллюзией. Затем вернула себе привычный вид. Зеркало вновь отразило полноватую девушку. Горько вздохнув по тому яркому облику, что недавно был, попыталась улыбнуться. Вышла гримаса.
— Алена, как я рада, что все обошлось! — ворвалась в комнату Анька. Она обняла меня за плечи и взяла за руку, — извини, я так испугалась декана…
— Ничего. Все понимаю, — устало ответила я, — мне нужно вернуться. Ты помнишь, как найти… — осеклась на полуслове.
При эсте Лаомани упоминать про подземный ход и академию побоялась.
— Алианна, — женщина упорно продолжала называть меня этим именем, — я считаю, что, на ночь глядя, идти никуда не нужно. Это опасно. Переночуй здесь.
— Да, конечно, — поддержала Аркханна, — можешь переночевать у меня. Кровать узкая, но мы поместимся.
— Зачем же такие жертвы? — нахмурилась Лани, — у меня вторая комната. И есть свободная кровать, я же говорила. К тому же об этом сказала и демону. Он сильно удивится, если Али предпочтет комнатку подавальщицы отдельной постели. Начнет задавать неуместные вопросы, на которые придется отвечать.
— Вы правы. Я не подумала…
— Али, ну, сколько повторять! Не вы, а ты! И по имени. Право, ты заставляешь меня чувствовать себя старухой.
— Эсте Лаомани, — за стуком в дверь раздался голос Криоша, — новая танцовщица у вас? Я хотел бы обсудить условия работы.
Я испуганно вытаращилась на певицу.
Во-первых, сейчас я выглядела как та девица, которую Криош разыскивал. А во-вторых, какая работа? Из академии просто так не выберешься. Не дай бог, кто узнает, что Алианна — это я. Особенно один демон.
— Скажи, что я твой представитель и могу говорить от твоего лица, — шепотом потребовала Лани.
— Эст Криош, я очень устала, — громко ответила я, — голова разболелась. Все вопросы вы можете обсудить с эсте Лаомани. Она будет вести все переговоры от моего имени.
— Но, как же… — послышалось разочарованное сопение из-за двери, — я хотел получить гарантии. Ваше выступление, эсте Алианна, произвело фурор. Меня уже одолели вопросами, когда следующее. Что я должен отвечать? Мы должны составить контракт.
Я отчаянно замотала головой.
— Никаких контрактов и выступлений!
— Обсудим все завтра! — резко ответила Лани, — на свежую голову.
Хозяину таверны пришлось довольствоваться этим. Он еще что-то говорил, но, скорее, сам с собой. На что-то сетовал. Ругался. Но, все же, ушел, несолоно хлебавши.
— Ты категорически против выступлений? — уточнила Лани, — могла бы неплохо зарабатывать. Твое исполнение великолепно. Я не никогда не видела такой манеры танца. Необычно. А магический огонь, вообще, выше всех похвал. Успех будет феноменальным. Уже завтра о тебе будет говорить весь город. Криош прав, народ повалит толпами.
— Какой огонь? — из всей речи я выцепила одну странную фразу, — ты о чем?
— Как? Ты не помнишь? Где-то на середине номера сцена вдруг вспыхнула. Видела бы, как отшатнулись первые ряды! А потом ты танцевала, объятая пламенем. Сногсшибательное зрелище!
— Ага, — подтвердила Анька, — было такое.
— Но я не помню ничего подобного. Хотя, признаться, танец поглотил. Я старалась отрешиться от всего, чтобы не видеть алчных взглядов. Мне казалось, что это от них так жарко.
— А ты про огонь, случайно, не думала? — спросила подруга.
— Было что-то такое.
— Тогда, я считаю, это спонтанное проявление твоего дара.
— Ты тоже марг? — подозрительно прищурилась Лани, разглядывая аракну более внимательным взглядом.
— Да.
— А что в таверне забыла? Насколько мне известно, у адептов полное обеспечение, и стипендия неплохая.
— Я больше не адептка, — хмуро ответила подруга, — меня исключили.
— А…
— Лани! — вмешалась я, останавливая череду опасных расспросов, — я действительно устала. Завтра вставать ни свет, ни заря.
— Конечно, пойдем, я провожу.
Я попрощалась с Анькой, которая ушла первой. После настал мой черед. Убедившись, что в коридоре никого нет, певица провела меня к себе. Ее апартаменты находились на третьем этаже и состояли из двух спален и гостиной. Мне досталась комнатка поменьше. Она, видимо, предназначалась для прислуги или охраны.
Из мебели только кровать и сундук для вещей. Свободное пространство занимала огромная лохань с водой, над поверхностью которой клубился пар.
— Искупайся и ложись, — сказала Лани, — это ночная рубашка и простынь, чтобы вытереться, — положила на край кровати стопку белья.
— Спасибо, — благодарно улыбнулась.
— Не за что. Спокойной ночи. Отлей воды в тазик, чтобы с утра умыться. А лохань пусть стоит, потом уберут, — посоветовала женщина и вышла, оставив одну.
