Демон как стоял, держа нас на вытянутых руках, причем ничуть не напрягаясь, так и развернулся. Мы с Корни уставились на решительно настроенного дроу. Едва заметные серебряные пряди в темной шевелюре, фиолетовые глаза и надменное выражение лица выдавало в нем старшего родственника Клоды. Отца?
— Вейр Дхарас, — демон чуть склонил голову в знак приветствия, — вы что-то хотели?
— Насколько я понял, ваша подопечная, — мужчина окатил меня волной презрения, — собралась лечить волчонка. Мой сын — наследник рода. Я требую, чтобы…
— Послушайте, — перебил тер Шатейян, — у меня там целый полигон взбунтовавшихся адептов. Эти две… кхм, устроили диверсию, и ответят по полной программе, — сказанное почему-то адресовались только мне, — а вы мне тут про очередность.
— Я требую! Пусть девчонка вылечит Калема!
— Нет! — процедила я.
Еще мне всякие выскочки ультиматумы ставить будут.
— Да как ты смеешь? — дроу только что ядом не плевался, — уничтожу!
— Полегче, вейр Дхарас, — предупреждающе рыкнул Транер, — это моя эрите Алена Суворова тер Шатейян.
— Еще пять минут споров, и никого не смогу вылечить, — предупредила я, — и, вообще, нет никакой гарантии, что это получится. Вы готовы рискнуть? — с вызовом посмотрела на дроу.
— Что она говорит? — тихо зверел вейр Дхарас, — вы меня убеждали, что адептка сможет вылечить всех, как только восстановится.
— Вот как? — я воззрилась на демона.
— Говорил, — пошел на попятную ректор, — но, возможно, адептке стоит проверить свои силы на ком-то другом, чтобы гарантированно вылечить вашего сына.
— Я готов рискнуть, — дроу решительно схватил меня за руку и дернул вниз. Клок туники остался в когтистой лапе.
— Это что такое? — взревел демон, заметив раны на плечах и ключицах.
Отпустив Корни, отчего та шлепнулась на пол, тер Шатейян подскочил ко мне. Дернув оставшуюся ткань, обнажил плечи, явив всем жалкое зрелище только-только начинающей заживать раны.
— Кто посмел? Целителя! Немедленно, — бешеная злость демона даже дроу заставила отступить.
— Да все в порядке, — смущаясь, попыталась прикрыться, — заживает уже. Транер, мне, правда, нужно к Микласу. Сейчас! — с нажимом произнесла я.
Не знаю, как демон понял, но разжал хватку. Я бросилась к кровати, на которой лежал оборотень.
— Снимайте стазис, — потребовала от сидящего рядом целителя.
— Но…
— Делай, что она говорит, — рявкнул возникший за спиной демон.
Почтенный эльф лишь хмыкнул на такое заявление, но стазис убрал. Я прикоснулась к ране на шее парня. По пальцам потекла темная тягучая сила с таким горьким вкусом, что меня затошнило. Я едва не рухнула на пол, если бы Транер не подхватил.
В этот раз все было не так. Тело пронзило судорогой. Мышцы стали интенсивно сокращаться. Контролировать или успокоить дрожь, я не могла. Из носа хлынула кровь. Все внутри отторгало темную силу. Яд, проникая внутрь, действовал и на мой организм. Не помню, в какой момент, жидкость внутри закипела, и все заглушил чей-то нечеловеческий крик.
Что-то с силой оторвало меня от гиблого источника и швырнуло в сторону. Яд перестал поступать внутрь, и боль начала утихать. Когда же меня перенесли и положили на что-то теплое, тело принялось восстанавливаться с удивительной скоростью. Живительная энергия, казалось, поступала через каждую клетку. Я блаженствовала, наслаждаясь невообразимым чувством легкости и насыщения.
Приставленную к губам чашу с отваром, осушила до последней капли. Именно сейчас осознала, какую все время испытывала жажду. Только поразительно быстро потянуло в сон. Глаза сами собой закрылись. Но, даже засыпая, не сдержала стон разочарования, когда почувствовала, как меня оторвали от наполненного чудесной силой ложа и куда-то понесли.
Проснулась я в своей комнате. На кресле, уткнувшись в учебник, сидел Ферт. Услышав движение, он тут же отложил книгу в сторону и подошел ко мне.
— Очнулась? Как себя чувствуешь?
— Ферт, — возмутилась я, — тебе не кажется, что это становится традицией, просыпаться в твоем присутствии после передряг?
— Алена! — изумился бывший некромант, — что я могу поделать, если ты регулярно попадаешь в неприятности! Второй день в академии, а уже наделала столько шуму!
— Ректор сильно лютует?
— Да нет. Нормально. Корни вот не повезло. Ей теперь неделю за неккери стойла убирать.
— Это местные лошадки? — вспомнила я. Так и не выбрала время, чтобы поглядеть на животных, которыми так любили пугать адептов, — неужели, там все так запущено?
— Скорее одомашненная нечисть, — хохотнул Ферт, — но отходы ее жизнедеятельности весьма специфично пахнут.
— А разве нельзя убирать с помощью магии?
— Так, в том и дело! Неккери очень чутко реагируют на магию. И абы кого к себе не подпустят. Вот и приходится по старинке.
— Ферт, а что с Миком? — внезапно вспомнила про друга, — там что-то пошло не так.
Парень сразу посерьезнел.
— Сначала ему стало лучше. Ты убрала часть яда. Но потом…
— Что? — похолодела от ужасного предчувствия.
— Он почернел. Вся кожа слезла. Только стазис и держит на грани.
