– Ерунда! – Тиравиас оскалился острыми верлианскими зубами. Его энтузиазм не уступал моему. – У него просто не было тех возможностей, что есть у меня.
Кажется, мое лицо вытянулось.
– То есть?!
– Дело во внутренней среде твоего организма. Именно она не позволяет зачатию совершиться, угнетая и лишая жизнеспособности наши клетки, фактически убивая его генетический материал. Как-то я не учел этого момента, когда обдумывал геном будущих землян. Но я учту! Не зря же ты здесь оказалась.
Схватившись за голову, я не могла подобрать слов, чтобы прокомментировать услышанное. Это… ужасно!
– Тебе, конечно, интересно, что можно сделать конкретно в вашем случае, – проигнорировав мое протестующее мычание, он углубился в пояснения: – Так вот, внутренняя среда репродуктивных органов самок траллонсов подходит идеально! Я уже все проверил!
Покачнувшись, я еле слышно переспросила:
– Как… проверил? Но ведь Орино нет… – И тут меня озарило: – Эктеара! Что в ней?!
Ответ я поняла еще до того, как услышала подтверждение своим мыслям.
– Генетический материал, разумеется, – поразился моей неразумности Тиравиас. – Даже с переходом на высшую ступень невозможно утратить все привычки. А уж раз нашлась та, что пробудила его ньехи, естественно, что мой потомок подготовился.
Проклятые тритоны! И я… криворукая! Зачем мне только на глаза попалась эта сумка!
– И что дальше? – упавшим голосом спросила я.
– Пересажу тебе зародыш, – совершенно буднично проинформировал Тиравиас.
– Меня же должно выкинуть из этого времени, – напомнила я ему, понимая, что цепляюсь за соломинку.
Не считали нужным эти верлианцы с моим мнением считаться. Даже тот, чьи ньехи я пробудила. Чего иного было ожидать от этого чокнутого?
– Потому и спешу, но, думаю, должен успеть. Судя по силе колебаний водной матрицы, ты покинешь меня завтра. А если у тебя есть сомнения относительно ребенка, то и тут беспокоиться не о чем. Зародыш, оказавшись в тебе и запустив все необходимые процессы человеческой беременности, станет на время полноценной частью твоего организма. Поэтому не исчезнет при перемещении.
Сообщая мне «очевидное и понятное», Тиравиас спокойно жевал. Я была в шоке!
– Вы собираетесь сделать все это, зная, что уже завтра меня утянет неизвестно куда? Вдруг я окажусь в месте, где не смогу выжить? Вы же обрекаете ребенка на верную смерть!
Я вскочила на ноги, сжимая кулаки.
– Не переживаю об этом, – слегка пожал плечами Тиравиас.
Это и видно!
– Почему?! – у меня уже не оставалось сил противостоять этой бесчеловечности.
– Твой верлианец. – В его устах это прозвучало как приговор. – Он тебя обязательно вернет. И я горд тем, что смогу помочь ему в таком большом деле!
– Вы… сумасшедший!
Не найдя иных слов, чтобы доказать ему невероятную жестокость подобных намерений, я бросилась к выходу.
«Мне надо всего лишь продержаться до завтра! Забаррикадируюсь, буду все это время убегать и прятаться, но не позволю ему добраться до себя», – эта мысль крутилась в голове все время, пока я как бешеная неслась по мокрым коридорам, стремясь удалиться подальше от Тиравиаса. Ровно до того момента, когда я, словно парализованная, не плюхнулась на пол, утратив контроль над собственным телом.
«Серебристый напиток!» – это была моя последняя мысль, прежде чем полностью отключилось сознание.
Обречена быть подопытным экземпляром – врать себе бессмысленно.
Мне остается только признать свою «неизменную» роль и не тешить никакими надеждами.
Боясь открыть глаза, прислушалась к собственным ощущениям. Интересно – беременность ощущается как-то особо? По крайней мере, я ничего необычного в своем состоянии не отмечала. Просто выспалась, отдохнула. Ага, просто… В том, что Тиравиас не зря меня опоил, не сомневалась, а значит…
– Приветствую будущую маму! – торжественным тоном встречал меня верлианский психопат.
«Чтобы великая засуха на них снизошла! – от души пожелала я про себя, скрипя зубами. – Еще и издевается».
Но, встретившись взглядом с ромбовидными зрачками, поняла, что Тиравиас был далек от иронии. Я снова была в том помещении с единственной кроватью, а нетерпеливо мявшийся рядом с ней верлианец выглядел озабоченным.
– Наступило завтра, – почему-то решил он уточнить. – И сегодня мы расстанемся. Мне грустно.
А мне как грустно! Более того – страшно! Навязать мне нежеланного ребенка, который вообще непонятно кем является, и отправить в неизвестность. В голове не укладывалось: рисковать собой – это одно. А когда еще и полностью зависящим от меня существом? Осознать случившееся я была не в состоянии, просто не верила в это, хотя и признала факт того, что свершилось.
Одним словом, я не могла представить свою дальнейшую жизнь, потеряла смысл и ориентиры, не знала, что мне теперь делать. И как смириться с этим? Как справиться со всем одной? Ведь с этого момента моя судьба изменится безвозвратно. Это вообще трудно – приспособиться к существованию в другом времени, найти способ обеспечить себя. Но беременной… Я застонала от абсолютной безысходности. Это вообще реально?
