– Регина, – Денис скосил на меня взгляд, – будьте честны и просто скажите, что вы похожи не только в этом. Вы даже можете с ними породниться!
– Хм… – Направление разговора озадачивало. – Браки с верлианцами очень редки. И на самом деле они не приветствуются у водных.
– У вас правительство не одобряет никаких межрасовых союзов. Странные законы на этот счет. Если после кучи согласований брак с инопланетянином все же возможен, то с нами – народом суши – вообще нет. Максимум какая-то неофициальная связь.
– У нас считается, что брак с представителем не своего народа – очень трудное испытание, – поспешила я пояснить. – Разная ментальность, жизненные ориентиры, условия проживания, в конце концов. Все это затруднит совместную жизнь, постепенно сделав ее нестерпимой. Законы призваны сохранить психическое здоровье водных жителей.
– Вы, как я понимаю, свободны?
Денис намекал на отсутствие у меня специфической вязи-тату на скуле у основания левого уха. Так у нас было принято обозначать официальные союзы. Я кивнула соглашаясь.
– Но браки с верлианцами все же есть, их разрешают.
– Только с высшими. Мы давно близки с этой цивилизацией, обитаем в одной среде. Почему вас это удивляет? Да и то получить разрешение на такой союз крайне сложно.
– Но возможно. – Он усмехнулся немного напряженно. – И, самое важное, у таких смешанных пар бывают дети. А от связи с представителем народа суши не бывает потомства.
– К чему вы клоните? – насторожилась я.
Ну уж это задание подруги! Что-то слишком много странностей у этого «пятого».
– Регина, к очевидному. К тому, что все понимают, но не признают. Мы с вами представители разных видов. Не бывает полукровок.
Если учесть, что многие столетия нас приучали к толерантному отношению друг к другу и осмыслению того факта, что все мы проживаем на одной планете, слова Дениса звучали революционно.
– Вы меня тоже инопланетянкой считаете?
– Так и есть, – кивнул он на полном серьезе. – Если отбросить всю эту миролюбивую шелуху, которой нас пичкают с детства, мы очень разные.
– Но мы делим одну планету.
– Точно, – вновь улыбнулся он. – И вы не поверите, сейчас я очень рад этому! Хотя искренне сожалею, что не могу признаться вам в любви с первого взгляда и предложить руку и сердце.
А мне уже стало страшновато от непривычно резких и эмоциональных суждений землянина. Одно радовало, в каждом верлианском представительстве на суше обязательно имелся минимум один специалист, представляющий интересы водного народа. Предполагалось, что так организовано для экономии средств. А потому Денис доставит меня прямо под защиту моих собратьев.
Участвовать в экспериментах иноконтролера совершенно не хотелось. Он, конечно, обаятельный, но очень уж категоричный.
– Я не верю в такую любовь, – сказала я и – вопреки здравому смыслу – кокетливо усмехнулась. Проклятый адреналин!
– Я тоже не верил до сегодняшнего дня. – В ответ мне послали ошеломительную улыбку. – Вы очень красивы, Регина! Наверное, ваши соплеменники замучили вас комплиментами.
Если бы я не была фанатично помешана на работе, может быть, у них и был бы шанс. Впрочем, я сочла слова мужчины за банальную лесть. Обычная я.
– Не преувеличивайте.
– Простите. – Мой спутник бросил на меня внимательный взгляд. – Я пытаюсь произвести впечатление, а в результате только еще сильнее пугаю вас своим напором. Скажите, куда же вы направлялись, когда встретили меня?
– Никуда конкретно, – нашлась я с ответом. – Хотела город посмотреть.
– Чудесно. – Денис явно обрадовался моим словам. – Вы дали мне возможность продлить знакомство. Быстро управлюсь с делами и приглашаю вас на экскурсию.
– Что ж… – я замялась.
Мне и хотелось продолжения, и что-то останавливало.
Но тут Денис предупредил:
– Мы подлетаем. Это верлианское посольство. При нем гостиница.
«И центр быстрого реагирования на запросы водного народа, находящегося в городе», – добавила про себя.
Достаточно лишь активировать специальный сигнал призыва на браслете контроля. Такие носят все, кто покидает родную среду обитания, на случай чрезвычайной опасности. Вроде обезвоживания.
– Прекрасно. – Я все продолжала улыбаться.
Денис зачарованно уставился на меня, поэтому мы приземлились немного жестко.
Помогая мне покинуть аэрокар, он моей руки так и не выпустил. Водопад на входе в посольство мы преодолели синхронно. Я тут же блаженно вдохнула, деактивируя фильтры в ноздрях. Воздух на суше, пусть в экогороде повсюду были увлажнители, казался мне раздражающе сухим. Для тех, кто привык при каждом вдохе ощущать, как поток воды устремляется в горло, этот воздух был нестерпимо колючим. А вот Денис, наоборот, засопел, настраивая фильтры.
На нас немедленно обратили внимание двое верлианцев, встречавших прибывших в перевитом потоками воды холле представительства. Причем скользнув по землянину быстрыми взглядами, внимательно уставились на меня. В их необычных глазах читался явный вопрос, ожидание и готовность немедленно помочь. Я успокаивающе улыбнулась, давая понять, что не за помощью пришла.
