Завуч Галина Петровна, громогласная женщина весом, должно быть, под сто пятьдесят килограммов, рассказала им о занятиях и факультативах, а также выдала девочке форменную одежду — клетчатую юбку и жакет. Но Катерина обновки проигнорировала. На следующее утро она облачилась в привычные кожаные брюки в обтяжку, короткий черный топик, на ноги натянула короткие сапоги на высоком каблуке. Решила подкраситься и расчесать волосы и только тут заметила, что в ее комнате нет зеркала.
Странно, но вчера она не обратила на это внимания. Для любой другой девочки это стало бы настоящей катастрофой, но Катерина не любила краситься и делала это только в особых случаях. Первый день в новой школе она, после некоторых колебаний, признала особым случаем.
Девочка вдруг поняла, что вчера вечером толком не успела осмотреть свою новую комнату — довольно большое помещение под самой крышей особняка. Но сейчас времени на это не оставалось. Катерина раскрыла небольшую косметичку и накрасила губы, глядя в маленькое круглое зеркальце. Затем накинула куртку, расчесала длинные темные волосы, свободно распустила их по плечам и отправилась в школу.
И тут ее ждала первая неприятность.
Оказалось, что в этой школе форма для учеников — обязательное требование. Все мальчишки ходили в темных брюках и пиджаках, девочки — в юбках и приталенных жакетах. Катерина в своем прикиде смотрелась среди них, что называется, «белой вороной». О чем ей тут же заявила Галина Петровна, встретившая девочку в коридоре первого этажа.
— И где же твоя форма?! — спросила она, хмуро оглядев ее.
— Она мне немного великовата, — робея, сказала Катерина. — Сегодня мне ее подошьют, и завтра я уже приду в ней.
— Очень надеюсь, — сказала завуч. — Не стоит начинать учебу со скандалов. А теперь пойдем, я представлю тебя твоему новому классу!
Когда маленькая Катерина в самый первый раз знакомилась с детьми, с которыми ей предстояло учиться, она волновалась до дрожи в коленках. Было это лет шесть назад. С тех пор эти оптовые знакомства уже стали таким обычным делом, что от прежних волнений не осталось и следа. В конце концов, ей учиться в этой школе всего год с небольшим. Даже если класс состоит из одних придурков, она сможет это пережить.
Завуч привела девочку в кабинет географии и поставила перед тремя десятками ее ровесников.
— Катерина Державина, ваша новая соученица, — произнесла Галина Петровна. — Прошу любить и жаловать.
И тут же ушла, бесшумно прикрыв за собой дверь.
Учительница Людмила Афанасьевна предложила девочке занять свободное место в самом конце кабинета, и Катерина, провожаемая заинтересованными взглядами, направилась к указанному столу. Ни любить, ни жаловать ее тут — как, впрочем, и везде — не спешили. Мальчишки смотрели на нее насмешливо-оценивающе, девчонки с осторожностью и подозрением.
И лишь один светловолосый парень пялился на Катерину с откровенной злостью. Она тогда решила, что ей просто показалось: с чего бы это? Но последовавшие за тем события, увы, подтвердили это первое впечатление.
Вскоре первый урок закончился. Далее по расписанию шла физкультура. На перемене Катерина подошла к одной из девочек и спросила, где здесь спортзал. Та в этот момент стояла у широкого зеркала, спиной к проходящим мимо ученикам, и что-то тихо бормотала себе под нос. Прислушавшись, Катерина разобрала что-то типа: «Я больше этого не вынесу…»
А когда девочка повернулась, Катя вдруг увидела, что по ее щекам текут слезы.
— Что-то случилось? — обеспокоенно осведомилась она. — Что еще за плач Ярославны?
Девочка попыталась улыбнуться и вытерла слезы ладонью. Она оказалась довольно симпатичной. Кукольное личико, большие голубые глаза и золотистые кудряшки, перетянутые розовой лентой. Вот только форма, подобранная не по размеру, сидела на ней мешком и портила все впечатление.
— Нет, ничего, — смущенно ответила она. — Личные проблемы…
— Решение проблем — как раз мое хобби, — сказала ей Катерина.
— Только не таких. — Девочка тихо шмыгнула носом. — У меня дома неприятности. С матерью. Я сильно переживаю…
— И оттого болтаешь со своим отражением в зеркале?
— Иногда мне кажется, что только с ним я могу поговорить откровенно. Прости! — спохватилась вдруг она. — Гружу тут тебя своими проблемами!
— Я не возражаю, — улыбнулась Катерина. Девочка отчего-то сразу ей понравилась.
— Спортзал в той стороне…
Новая знакомая, Наташа, не только показала дорогу, но и проводила Катерину до самой двери раздевалки для девочек. Сама она в спортзал не вошла.
— А ты не идешь на физру? — спросила Катерина.
— У меня аллергия, — пояснила Наташа. — У меня освобождение от физкультуры. Я в библиотеке посижу.
— Тогда увидимся на следующей перемене. И спасибо за помощь!
Наташа кивнула и зашагала прочь, а Катерина толкнула дверь раздевалки.
