Глеб медленно открыл глаза. Ещё медленнее приподнялся на кровати и внимательно осмотрел спальню. На глаза тут же попался разодранный в клочья шлем, лежащий у него в ногах и аккуратная кучка кошачьего дерьма рядом. В ногах. На кровати. Кроме дерьма пахло еще и мочой,так что можно было без труда догадаться, что Багет оставил своему нерадивому хозяину не одиночное послание, а целый пакет документов. Заверенный печатью и утверждённый всеми вышестоящими инстанциями.
- Когда-нибудь я тебя точно убью, - скрипнув зубами, прошипел Глеб, аккуратно поднимаясь с кровати.
Если бы он не отдавал себе отчёт в том, что в произошедшем есть и его вина, то кот незамедлительно отправился бы вниз с балкона, но… В том-то и дело, что еще два гoда назад, получив на руки «отъявленного мерзавца и прохиндея с ангельскими глазами», как о нём отозвалась его двоюродная и единственная сестра Анна, ему были щедро перечислены все особенности характера данного сКота.
Лорд Бэгет фон Дым,имея родословную, едва помещающуюся на страницах кошачьего паспорта, обладал действительно практически ангельским характером. Однако добродушный увалень, вовремя не покормленный и не имеющий возможности сходить в идеально вычищенный лоток, на глазах превращался в изобретательного пакостника, на которого не действовали ни угрозы, ни шантаж, ни физическая расправа. Ко всему прочему Багет был потрясающе умён, что ещё в момент знакомства до глубины души поразило Глеба и нашло определённый отклик.
Всего три показательных выступления Багета понадобилось Черняеву, чтобы понять – в этом противостоянии ему лучше уступить. И ведь совсем несложно кормить и вовремя убирать, чтобы не сталкиваться характерами всего лишь с котом. Хотя иногда ему казалось, что в дымчато-чёрной шкуре огрoмного мейн-куна живёт совсем не кот, а как минимум ставленник дьявола.
На кухне Глеба встретил ожидаемый погром. Для Багета никогда не являлся проблемой холодильник и его вскрытие, но свои навыки взломщика кот применял исключительно в воспитательных целях, когда хотел проучить своего нерадивого хозяина. Вот и сейчас, не кормленный сутки, Багет не тoлько перевернул содержимое холодильника вверх дном, но и погрыз всё, что грызлось. А грызлось немаленькими зубами мейн-куна всё.
Остатки копчёной курицы валялись по всему полу. Между ними сиротливо блестели кусочки фольги, в которую еще вчера была завёрнута шоколадка,и виднелось крошево яичной скорлупы. Всё это плавало в подтаявшем сливочном масле, перемешанном с майонезом,изжёванная треть упаковки которого сиротливо ютилась под столом.
На самом столе лежал Багет. Обожравшийся человеческой пищи кот выглядел не таким счастливым, как ему наверняка хотелось бы. Возможно, ограничься он одной курицей, всё бы и обошлось, но в этот раз пaкостник перемудрил самого себя и сейчас Багету было откровенно плохо.
Слушая раздражённое бурчание Глеба, для которого все радости прошедшей с Аишей ночи враз отошли на второй план, Багет вяло дёрнул хвостом и щедро высказал своё ответное фи. Практически на руки Глебу.
- Какой же ты у меня идиот… - устало выдохнул Черняев, уже понимая, какими непростыми окажутся для него следующие сутки. Помнил, как оно было еще по первому разу. - Ну почему нельзя было просто потерпеть, а? Ну забыл, увлёкся… Но ведь не ерундой же. Там такая женщина была! Такая…
Следующие двадцать четыре часа прошли для Глеба тяжело, но он лишь крепче поджимал губы, стойко перенося все тяготы кошачьей интоксикации и злобного бурчания врачей ветеринарной клиники. В перерывах Глеб пытался обзвонить все известные магазины, торгующие шлемами виртуальной реальности, но раз за разом натыкался на отказ. Нет, раскупили. Нет, не завезли. Мужчина, вообще-то сегодня воскресенье и ближайшие поставки планируются лишь в среду! И вообще, я – автоответчик!
- Багет, если она меня убьёт, то виноват в этом будешь ты, - глухо выговаривал уже откровенно нервничающий Глеб коту, лежащему под очередной капельницей воскресным вечером. - Ты понимаешь вообще, что натворил? Ты мне не шлем сломал,ты мне жизнь сломал! Да ты…
- Мя-я… - изредка жалобно всхлипывал обжора, жалеющий лишь о том, что так и не сумел взломать морозильную камеру. А ведь оттуда так притягательно пахло рыбкой…
- Ну, потерпи еще немного, - тут же смягчался Глеб, поглаживая бедолагу по мохнатой лапе. - Ещё полчаса и поедем домой. И посажу я тебя на диету…
Последнее слово Багету было знакомо. И очень не нравилось. Правда, в нынешнем состоянии Багет не сумел высказать всё, что думает по этому поводу, хотя подошедшую медсестричку смерил откровенно ненавидящим взглядом.
Α потом они поехали домой. Уже позже, прибираясь и в спальне, Γлеб выяснил, что своё ароматное послание Багет оставил и на ноутбуке, но лишь крепче стиснул зубы. Наказывать эту мохнатую задницу не было никакого смысла. Сам виноват.