А тот, выждав пока Анохин и служанка войдут в дом, не торопясь, вразвалочку отошел от калитки и от нечего делать прислонился спиной к забору. Теперь Кустов уже хорошо мог рассмотреть его. В том, что он где-то видел это лицо, полковник не сомневался. Но где? Когда? При каких обстоятельствах?
Мужчина пошарил в карманах, что-то достал и направился через улицу. И в этот момент Кустов вспомнил: он видел этого человека на одной из фотографий, переданных Мельниковым.
«Черт возьми! — ругнул себя Кустов. — Так это же Бугчин! Тот самый, который прибыл в Марокко вместе с Мельниковым и Полещуком. А я, идиот! Не мог его сразу узнать. Точно стареть начинаю. Пора меня на пенсию гнать!»
А Бугчин перешел улицу и направился на рынок. Кустов выскочил из машины, закрыл дверцу на ключ и поспешил за Бугчиным.
Еще не догадываясь о целях Бугчина, он интуитивно почуял шанс.
Бугчин, как только оказался на рынке, сразу же купил три банки пива. Тут же две из них осушил, третью сунул в карман и начал с интересом осматривать витрины маленьких лавочек. В них обычно из-под полы торгуют импортными спиртными напитками.
Кустов был уверен, что Бугчин его не знает, и решительно приблизился, встал рядом, сделав вид, что заинтересовался витриной. Бугчин, зачем-то страшно коверкая русские слова, обратился к продавцу:
— Послушай, кадр, ти имей что-нибудь поддать?
Продавец, усатый, с лоснящимся от пота лицом, в ответ только молча улыбался.
— Я спрашиваю, есть у вас водка, коньяк, виски?.. — уже не коверкая слова, со злостью спросил Бугчин.
Продавец по названиям спиртного догадался, о чем тот спрашивает, и начал по-французски объяснять.
Бугчин еще больше разозлился:
— Что за хреновину молотишь? Ты, падла, по-человечески, по-русски объясни!
Кустов понял: вот он, золотой миг удачи! Делая вид, что ему с трудом даются русские слова, сказал Бугчину:
— Извините, господин! Я немного говорю по-русски. Что вам угодно, я переведу?
— Вот это да! Надо же! Сколько раз бываю в Надоре и впервые нормального мужика встретил. Спроси у него… — Бугчин тут же сообразил, что перед ним человек гораздо старше его, да и по внешнему виду было сразу видно, что он солидный господин, и перешел на «вы»: — Спросите у него, где здесь можно купить пару бутылок водки или еще чего-нибудь.
— Он уже ответил на ваш вопрос. Сегодня полиция особенно тщательно контролирует рынок, где запрещена торговля спиртным. Он рекомендует посмотреть в городе. Но я, кажется, могу вас выручить. У меня в машине кое-что найдется.
— Вот это разговор! Надо же! — расплылся в улыбке Бугчин.
Кустов, не давая ему опомниться, спросил:
— Откуда вы знаете русский?
— А я сам оттуда. А вы тоже из России?
— Нет. Я — бизнесмен, по роду своих занятий часто контактирую и с русскими, и с французами…
— А сами вы откуда?
— Я — американец.
— О! Смотри ты! Вот это да!
И Бугчин, угодливо хихикая, протянул своему новому знакомому руку:
— Давайте познакомимся. Меня зовут Семен. Семен Бугчин. Я здесь работаю у одного человека. Но сам всю жизнь мечтаю попасть в Америку. Навсегда. Я люблю Америку, там житуха что надо! Можно большие бабки заработать. Слушайте, давайте подружимся! Вот увидите, я вам хоть в чем-нибудь пригожусь. Только поверьте мне, я все, что хотите, буду делать.
— Как вы здесь оказались?
— Где — здесь, на базаре? Я нахожусь в учебном центре одного кента, где он готовит своих боевиков. В город приехал с одним русским, очень опасным мужиком. Он сам бывший кэгэбэшник.
Кустов не верил своим ушам. Бугчин сразу же выложил все. Такое, пожалуй, в жизни разведчика если и случается, то не более одного раза. Кустов лихорадочно обдумывал ситуацию. Он видел, что стоит только пошевельнуть пальцем, и Бугчин исполнит любое его желание. Но сейчас надо не забывать, что, возможно, Бугчина уже ждет Анохин. Полковник прервал его:
— Значит, ваш русский коллега где-то дожидается вас?
— Подождет. Он здесь у врача. У Анохина плохи дела с печенью, и когда он едет к врачу, то берет меня с собой.
— Я понимаю так: если вы опоздаете к нему, то вас ждут неприятности?
— Да. Но я же могу и не идти к нему. Если вы согласны…
— Подождите, Семен. Вы так напористы и так легковерны… Давайте сделаем так. Сначала вы убедитесь, не дожидается ли вас этот, как его…
— Анохин. Если мы выйдем за ворота базара, то сразу же увидим, возвратился он или нет. Там наша машина, а ключи у меня, — Бугчин лихорадочно достал из кармана пивную банку, а затем и ключи. — Вот они.
— Хорошо, давайте посмотрим, — согласился Кустов и первым двинулся к выходу. По пути достал из кармана стодолларовую бумажку и протянул ее Бугчину:
— Возьмите на мелкие расходы. Это я на случай, если вас уже дожидается ваш друг.
— Какой он мне друг! — Бугчин готов был разразиться бранью в адрес Анохина, но Кустов видел, что они вот-вот выйдут с рынка, и невдалеке вполне мог торчать Анохин, перебил его и сказал: — Если он вас ждет, то вы уезжайте.
— А как мы встретимся?
— В этом месяце через день в первой половине дня буду бывать здесь. У входа на рынок и встретимся.
— Хорошо, хорошо. Подождите здесь, я выйду на улицу, посмотрю.
