Нэо молча курил и лишь изредка вытирал слезы. Он почти успокоился.
После ужина Дэн позвал меня и еще нескольких ребят выгрузить из прибывших нам в помощь машин ящики с зарядами для гранатометов и патронов. Возникла необходимость поместить куда-то сданное отказниками оружие, и для этих целей решили освободить один из ящиков с зарядами к РПГ и перегрузить их в такой же, вынув из него перегородки. В тот же вечер к нам присоединился Вова Парасюк и Тарас Брус, которые приехали на подаренном Парасюку волонтерами микроавтобусе «Фольксваген Транспортер#Т4».
Ребята, решившие прекратить участие в операции, собирали свои вещи и грузили их в автобус. К отъезду также готовился Олег Латошинский, не оправившийся от полученной еще при первом штурме контузии, и Богдан Зеленюк, у которого сложилась очень серьезная ситуация с больным ребенком, и требовалось срочное его присутствие дома. Тогда как-то не придали особого значения такой мелочи, как оставить ручной пулемет Богдана с нами. Бюрократическая милицейская педантичность взяла верх. В оружейке за пулемет расписывался Богдан, и вернуться домой обязан с пулеметом он. Отказники сдали оружие и в сопровождении заместителя командира батальона Дубовского Максима уехали в Днепропетровск, где были немедленно уволены. На них в Днепре устроили настоящую травлю с «доской позора» в холле здания Днепропетровской областной государственной администрации, куда вывесили фотографии отказавшихся воевать, и грозили прокуратурой и уголовным преследованием. Но эти угрозы так и остались лишь угрозами.
Лично я считаю, что ребятам угрожали и унижали их напрасно. Если бы их действительно захотели бы привлечь к уголовной ответственности, то я был бы в числе тех, кто свидетельствовал бы в их защиту. Во-первых, они добровольно ушли и сдали оружие после боя, а не во время его. Как бы там ни было, но они участвовали в выполнении поставленных задач и решили уйти уже после участия в операции. Формально к ним не было и не могло быть претензий со стороны закона. А что касается моральной стороны их поступка, то и в этом случае я их не осуждаю. Люди не рассчитали своих сил и сломались. А кто тогда из нас знал, с чем ему придется столкнуться и как он это воспримет? Все понимали, что с подобным подходом к организации операций шанс остаться на поле боя более чем велик. Все люди разные. Одни решили идти дальше. Другие приняли решение сойти с дистанции. Это их право. Уж лучше так, чем это произошло бы в бою. Что удивительно, но спустя некоторое время некоторые из этих парней смогли снова продолжить службу уже в полку «Днепр-1». Например, один из бойцов также уехал из Старобешево домой, но благодаря тому, что его мать была медицинским работником, парню сделали справку о контузии, и ему не пришлось испытать той травли и позора, которым подверглись остальные. Боец даже был назначен начальником оружейки в батальоне. На возмущение по этому поводу некоторых бойцов руководство поясняло, что это действительно не правильно, но на тот момент не было никого, кто смог бы навести порядок и организовать качественную работу оружейной комнаты. А Юра как-никак проработал несколько лет в оружейной комнате в милиции… Такие вот дела… Впоследствии его все-таки уволили за массу залетов, которые он совершил, уже будучи начальником оружейной комнаты.
После того, как желающие вернуться в Днепропетровск вышли из строя, комбат объявил, что командиром второй роты назначается Русол Андрей (Мангуст) вместо покинувшего батальон Сидоренко.
Утром 21 августа на построении была поставлена новая задача. Так как две предыдущие попытки зайти в город не увенчались успехом, нам следовало присоединиться к бойцам батальона «Донбасс», которым удалось войти в Иловайск и укрепиться на некоторых опорных пунктах. Снова была сформирована колонна, и мы в очередной раз выдвинулись из Старобешево в сторону Иловайска. Кое-кто из жителей Старобешево со слезами на глазах провожали нашу колонну и крестили вслед. Транспорт в батальоне «Днепр-1» был достаточно маневренным, и потому колонна двигалась быстро. По дороге мы обогнали медленно движущуюся колонну какого-то подразделения ВСУ, растянувшуюся на несколько километров. В колонне было много танков, техники и грузовиков с личным составом. Тогда мы были уверены, что при поддержке такого количества техники и бойцов ВСУ мы за несколько часов займем и зачистим Иловайск, но последующие события показали, что этому не суждено было сбыться. Обогнав колонну, мы прибыли к штабу перед Иловайском и остановились для получения инструкций и приказа от генерала. Стоянка длилась около часа. За это время по позициям наших войск возле штаба был произведен не очень прицельный минометный обстрел. Мы все выскочили из транспорта и залегли в посадке у обочины дороги. Колонна, которую мы обогнали по дороге из Старобешево, к Иловайску так и не доехала. Вероятно, у того подразделения были иные задачи и они направлялись в другое место.
