— Потому что это ваш шанс, — Вэл наконец вскинул голову, и Эстер сама не заметила, как вцепилась пальцами в край стола. В его взгляде проступала накопленная веками усталость — не только его собственная, а многих людей, вынужденных страдать, терпеть и жертвовать собой. Ясно прочерченная морщина на лбу, тени под глазами, губы сложены так, чтобы разжиматься только по крайней необходимости, на виске заметно колотится пульсирующая жилка — и вместе с тем она никогда не видела лица прекраснее, даже в те минуты, когда он, обессиленный вконец, приподнимался на локте и целовал ее в уголок рта. — Если я говорю правду — вы получите свою награду, избежав возни и ненужного сопротивления. Если нет — всегда можно начать все сначала, с вашими неограниченными возможностями.
— Пожалуй… — задумчиво протянул Пепе, но уверенности в его голосе не было. — Правда, прикинуться вам пара пустяков, поди пойми…
— Ради чего? — Вэл передернул плечами. — Я неплохо знаком с методами работы Департамента охраны. Притворяться перед людьми, настолько виртуозно постигшими влияние различных медикаментов на психику — напрасная трата времени.
— К примеру, подумываете помочь подруге.
— Вы кого имеете в виду? — Гарайский слегка кивнул в сторону Эстер. — Неужели незаметно, насколько сильно она меня ненавидит? Впрочем, когда вы сейчас позволите ей идти, куда вздумается, мне будет очень приятно сознавать, что она этим обязана мне и с ума сходит от ярости по данному поводу.
Искаженное лицо Эстер назвал бы сейчас яростным только крайне далекий от психологии человек, но Пепе, к счастью, на нее не смотрел.
— Подозрительно… — бормотал он, погрузившись в свои размышления. — Понятно, подмывает все провести проворнее…Но проверить не получается…
— Могу предложить одно косвенное доказательство своей причастности к великим тайнам, — Вэл усмехнулся, поднимаясь. — Попросите кого-то из Бессмертных послать мне приказ по хэнди-передатчику. Только предупредите заранее, что их может ждать разочарование, потому что неприятных сюрпризов они не любят.
— Ну попробуем, — Пепе тоже встал. — Прижать твоих приятелей я правда поспею, если понадобится. Попытаешься проститься? — он бодро улыбнулся, возвращаясь к безоблачному настроению. — Подолгу не прохлаждайся, пора.
Колокольчик над дверью звякнул, обозначив уходящего гостя, и наступила полная тишина, если не считать шумного дыхания Корви.
— Вэл, вы в самом д-д-деле? Ваш хэнди-передатчик… это п-п-правда?
— Искренне восхищен, — Лафти потянулся в кресле, вновь примериваясь водрузить ноги на стол. — Учтите, что комплимент от родоначальника обмана и притворства дорого стоит. Не подозревал у вас прежде подобных способностей.
— Мой хэнди-передатчик. — Вэл оперся здоровой рукой об стол, — вышел из строя по непонятной причине накануне взрыва в "Платинум Бич". Никакими уникальными способностями я, к сожалению, не обладаю. Он просто не работает, вот и все.
— Как же в-в-вы живете? — вырвалось у Корви.
— Оказывается, жить без постоянной связи с окружающим миром тоже можно. Впрочем, скоро эксперты Департамента Охраны изучат мой феномен вдоль и поперек всеми возможными способами. Надеюсь, что мой поступок не будет напрасным, — он внимательно посмотрел на Лафти, — и вы к тому времени будете достаточно далеко.
— Еще чего! — пронзительно закричала Эстер. Все невольно посмотрели в ее сторону, кроме Лафти, который с многострадальным видом приложил ладони к ушам. — И не подумаем! Не смей! Не смей этого делать!
— Если я когда-то посмел надругаться над светлыми чувствами одной девушки, то такая мелочь, как собственная жизнь и душевное здоровье, меня вряд ли могут волновать.
Эстер прекрасно помнила это выражение его лица. Она видела его всего несколько раз, и каждый раз хотела плотно зажмуриться и представить, что ей померещилось. Однажды, восемь лет назад, в самом начале их романа, она попыталась устроить скандал, когда он пригласил Гэлларду на какой-то прием Энергетической коалиции, который организовала Эстер. Тогда он бросил на нее примерно такой же взгляд. "Я так решил, и поэтому так будет". - говорили ледяные темные глаза, которые раньше всегда казались ей теплыми.
Но сейчас ей было все равно, она не собиралась его удерживать возле себя, она была готова перенести и злость, и ненависть, и безразличие, только бы они отражались на лице живого и относительно здорового человека. Пусть бесконечно усталого и измотанного, но свободного и нетронутого Департаментом охраны.
— Я никуда тебя не отпущу! Лафти, ну сделай что-нибудь! Что ты расселся?
— Вот интересно, ты меня за кого принимаешь? — поразился Лафти. — Раздобыть нужную информацию, которая еще не опубликована — это пожалуйста. Стравить между собой несколько знаменитых людей — аналогично. Но прорваться через оцепление из сотни тысяч решительно настроенных полицейских — благодарю покорно. Это к Тирвазу, или к Хадду, в конце концов.
— Госпожа Ливингстон, — Вэл перекинул через руку пальто, направляясь к двери, — давайте попробуем обойтись без воплей. Мне не очень хотелось бы, чтобы меня провожали подобным образом.
