Долорес посмотрела на карту средневекового разделения страны. Королевство Регдалир выглядело лоскутом, вшитым в пестрое одеяло: герцогство Рэдхольм, королевство Сализия, герцогство Вендель, герцогство Ништадтское, маркграфство Хэрворд, Рэмское маркграфство… в эту мозаику с востока клиньями вонзались Ругерланд и Кольден — земли славян и язычников, тогда грозных, но позднее покоренных крестом и мечом. Как в этой буре народов и религий отыскать путеводную ниточку?.. Что в письменах тех лет правда, а что — легенда?..
Харальд, принц Харальд, король в Ольденбурге. Без особой надежды Долорес листала ссылки. «Сказание о Рэмской битве и о том, как Харальд поразил дракона»… «Песнь о Харальде Этельредсоне, как он бился с Роландом Бешеным, сыном Хъяли». Стоп. Роланда мы уже встречали.
«Затрепетало пламя, бросив рваный свет на вошедшего: вода ручьем текла по доспехам, на шлеме тина. Поднял он забрало — Роланда тут все узнали. Твердым шагом к столу маркграфа мертвец подходит — рука на мече, шлем с головы не снимает.
— Ваше Сиятельство, мой сюзерен Конрад Рэмский! Я пришел забрать то, что было обещано вами. Дочь ваша Сигни клялась, что верна будет вечно, когда одевал я свое кольцо ей на палец.
— Роланд, умер ты, взят могилой, покрыт землею. Как ты можешь живую деву требовать в жены? Установлено Богом: пути живых и мертвых различны. Клялась она верность тебе блюсти лишь до гроба.
— Мне дела нет до законов, что установил Всевышний. Мне дьявол даровал эту ночь для свадьбы. Сигни клялась, что моею женою станет. Пойдем, я уже приготовил брачное ложе».
Боже, какие ужасы!.. Долорес невольно вчиталась:
«Обнажили клинки они, и зазвенело железо. На тише мечей повстречались властители битвы. В неверном факельном свете живой бьется с мертвым. В ночной темноте продолжали они поединок. Силен мертвец, не так-то просто с ним сладить. Под его ударами гнется, трещит щит Харольда. Стонет от встречи с булатом, откалываются щепки. Удар. Еще удар… Не может Харальд одолеть кормильца воронов. Не приносит славы ему поединок. Дьявол силы дает мертвецу, удар направляет, и кровь заливает кольчугу отважного витязя. Но сын Этельреда не замечает ранений. Он обрушивает свой меч на голову недруга. Лезвие режет железо шелома, вдребезги череп. Лишь покачнулся мертвец и вновь наступает. Не наносит ему ущерба удар смертельный».
Жутковатое напоминание… Вчера этот Клейн, раненный Аной-Марией, терял сознание в прихожей, а сегодня шел как ни в чем не бывало. «Лишь покачнулся мертвец, и вновь наступает…»
Впрочем, все это эпические подвиги. Перейдем к алхимикам и натурфилософам. Вот Бореллус:
«Главные Соки и Соли (сиречь Зола) Животных таким Способом приготовляемы и сохраняемы быть могут, что Муж Знающий в силах будет собрать в доме своем весь Ноев Ковчег, вызвав к жизни из праха форму любого Животного по Желанию своему; подобным же методом из основных Солей, содержащихся в человеческом прахе, Философ сможет, не прибегая к запретной Некромантии, воссоздать тело любого Усопшего из Предков наших, где бы сие тело погребено не было».
