Подборка стихотворений. Избранное из авторских сборников "Прилагательные ко мне", "Послевкусие" и "Пора домой".
ПО МАНДЕЛЬШТАМУ
Вернулся в мой город, знакомый до боли
В коленях, продрогших от северной нови.
И лобные доли,
Устав от решений,
Глядят отрешённо на муки мишеней.
Вернулся в мой город на два крепких чая,
Попутно припомнив стихи и печали,
Восторгая не чая
От собственной роли,
Как конь, что впервые почувствовал волю.
Вернулся в мой город как солнце в морозы –
Уверенно слепишь, не веря прогнозам.
И свежую дозу
Сомнений постылых
Ввожу внутривенно, лукавства посылов
Не видя, не ведая.
В новое чудо
Упрямо уверовав,
Мою посуду,
Презрев амплитуду
Твоих похождений,
Вверяюсь сансаре смертей и рождений.
Да-да, ты вернулся и в сердце, и в память:
Случившегося не забыть, не исправить.
Но мост между нами
Навеки разрушен:
Нельзя, слышишь, дважды войти в одну душу.
МЕТАМОРФОЗЫ ТИШИНЫ
Чрезмерная тишь превращается в ярость
Безумную – так, что не может и парус
Войти в бухту разума: десятибалльный.
Закон Архимеда – наружу все тайны.
Чрезмерная тишь превращается в стены,
Что неизменно желты, и в колени,
Которые рады стараться до крови
Стираться о фразы бессмысленной нови.
Чрезмерная тишь превращается в старость,
Которая, к лицам пером прикасаясь,
Рисует морщин лабиринты… А в тарах
Душ мирно сопит молодой Минотавр.
Чрезмерная тишь превращается в благость –
Тогда боль и скука встают с белым флагом,
Улыбка Судьбы – переменчивой дамы,
И – вечная тишь. Блаженство. Нирвана.
ПРЯТКИ
Странные в жизни творятся дела,
Время на них не скупится:
Мальчику – в детстве была влюблена –
Завтра исполнится тридцать.
С первой стипендии купленный шарф
Прыгнул на шею бродяге –
Осиротел на мгновение шкаф,
Грустно повесил флаги.
Как не уверовать в бытности сказки?
Лишь оглянись, а там уж
Девочка, что я катала в коляске,
В пятницу выдана замуж.
Время приветственно машет крылом,
Время гнездится как птица:
Дедушка добрый, что жил за углом,
Не обратится в больницу
Больше… Друзья разбрелись по домам –
Так нынче в прятки играют.
Прошлое кутается в туман,
Прошлое что-то знает:
Спрятал их быт, карьера, семья,
Дети. Не отыскать…
В старых сандаликах в центре двора
Я. Мне по-прежнему пять.
СРАЖЕНИЕ
Нет дальше хода, ни вдоха, ни выдоха.
Глупо на месте стоять. Делать выводы
Рано: ещё не освоена местность.
Сколько продлится война – неизвестно.
Кончились пули, разрушены здания,
Кончился страх. Медсестёр сострадание
Здесь не поможет: закончились шансы.
Шаг – и ты – памятник, орден и стансы.
Мрак. Так отчаянно хочется выйти
Из этих глупых дешёвых событий,
Жаль только – некуда: в этой войне
Не проиграть и не выиграть. Вне
Не существует запретов и ран,
Не существует её. Тебе дан
Путь, как и сотням таких же людей.
Бой – в голове. Примирим же вождей.
СВИТЕР
После долгих скитаний приятно вернуться в уютный комод, где рубаха который год ждёт рассказов длинных, как рукава, – похвалиться: «Была права». Слышать хочет о горных реках, о новых прорехах в тебе, и кто зашивал раны. Хочет слышать о скалах, которые хищным оскалом цеплялись за вечность. По-человечьи мало кто относился – вот ты и сносился.
И начинаешь – про близкое небо, друзей и страховку. Так неловко, когда не понят, недооценен, как маленький пони, стоящий в загоне, чтоб прыгать по сцене. И ты начинаешь – про птиц и про счастье увидеть солнце, про блиц со смертью, каньоны-колодцы. Про грустные камни, которые просто глаза закрывают на всё, будто Басё, – лишь созерцают.
И ты начинаешь – про выбор пути, перемены в себе, про поиски правды, про внутреннюю красоту, про то как легко на мечту променять кров, про манну небес, про Ту…
Рубаха раскинет объятья своих рукавов – скучала, но смысла истории не поняла: она одомашнена запахом пирогов, удобством стола. Ты одичал, ты немытым вернулся домой, ты утомлён и изранен, ты – загнанный Скиф. Рубаха обнимет тебя, отвесит поклон, а после подскажет хозяйке пустить на носки…
Будешь бродить по комнатам сам не свой, раздвоенный, не вступая с другими в спор. Не выдержишь зиму – подружишься с сапогом, отправишься в путь на поиски новых гор.
СБЫВАЕТСЯ
Захочешь – услышишь молитву и плеске весла,
А не захочешь – даже под сводом храма
Не сможешь её узнать. И уста Христа,
А также устав Христа – всё мимо, даром.
Мимо твоих ушей, бытия и трасс,
Мимо знакомых фраз и отживших лет.
Сколько же нужно ещё повторять раз?
Веришь, что можешь – можешь. Не веришь – нет.
ПАМЯТИ СВЕТЛЫХ РУБАХ
Мальчики вышли в рубахах
Юность встречать и июль –
Вместо рулады птахи
Встретил их голос пуль.
Мальчикам выдали ружья –
Больше ни шагу назад:
Каждый в игре той нужен,
Каждый теперь солдат.
Мальчики вышли в шинелях
Песнь матерей защитить,
С ними берёзы и ели
В прятки играли в пути –
Спрятали: нынче в граните
Мальчики; их по домам
Не разогнать. И снится
Смех озорной матерям.
Мальчики в памяти нашей
Спрятались в ДНК:
Петьки, Андреи, Саши –
Облако, холм, река.
Голос их славы громок,
Поодиночке – тих.
Слышишь его, потомок?
Значит ты есть в живых,
Значит твоя победа
В том, что сквозь гул времён
Вынес в параде деда
Под колокольный звон,
Точно, как с поля боя
Он выносил друзей,
