— Никто ещё не знает. Цефас ничего такого не говорил, только Есения подозревает, что с её подругу хотят принести в жертву.
— Но это правда! — воскликнула Есения. — Мне Анна сама сказала!
— Пусть так! Но мы сейчас никак не сможем ей помочь. У неё есть отец, который в случае чего вступиться за дочь! — сказал Даниил, после чего развернулся и отошёл. Видно, что сейчас он сконцентрировался на выздоровлении шамана, а после уже идут другие проблемы.
— Не беспокойся! Раз так, давай наблюдать и уже потому будем действовать! — Богдан поддался эмоциям Даниила и также успокоился. Юноша не оставался возле шатра, а подхватив Остина и Сору, направился на площадь. Если есть бесплатная еда, то стояло ли отказываться?
***
Пока Богдан набивал себе живот на площадь вышел Цефас. Мужчина облачён в белоснежную мантию, которую вожди носили на важные мероприятия. Толстяк медленно вышагивал к центру площади, удовлетворённо всех разглядывая. Он действительно поражался над тем, как легко было управлять людьми.
«Тупые свиньи! Стояло к вам один раз хорошо отнестись, и вы подумали, что так будет всегда?! Будьте уверенны, вы заплатите мне сполна за каждый кусок!»
Дойдя до центра, Цефас остановился. Утихли звуки барабанов, и все молча, ожидали его слов.
— Я сегодня приветствую вас! Знаю сейчас в племени не лучшее время для такой церемонии, однако я больше не мог этого терпеть! Все знают, что у нашего порога стоит орда скорпионов, но никто не знает причину этого, — вождь говорил тихо, но его слышали все присутствующие. Люди буквально с замиранием сердце ждали его слов.
— Причина проста! Наш шаман предал бога!
Это новость всколыхнула общественность. Шаманы существовали только по одной причине. Они ближе всех находились к богу и могли с ним общаться. А сейчас Цефас, по сути, утверждал о предательстве? Это было невиданно!
— Любомир стремился к силе. И вот пришла расплата. Он ранен, а к племени явилась орда… Но не стоит расстраиваться, ко мне во сне пришёл ответ. Мы должны принести в жертву самое ценное, что существует в племени!
Многие задумались и начали перебирать варианты, что могло бы это быть? Однако Богдан уже знал ответ на этот вопрос, поэтому по его спине пробежали мурашки. Ему стало отвратительно находиться на этой площади.
— Не стоит так бурно обсуждать! Я был на вашем месте и ничего в племени, не могло смягчить гнев бога, кроме одного… Человеческой жизни!
От этих слов поднялись перешёптывание. Многие знали закон: «Не убей!» Поэтому это решение вызвало множество недовольства, однако они не высказывали его вслух. Все понимали ситуации в племени, и если можно было решить одной жизнью, то многие бы на это пошли. А в том, что вождь их не обманывает, они уверены ведь он являлся божьим посланником.
Люди всегда заботились только о себе и своих близких. Никого не интересовало судьба незнакомых или малознакомых людей. Даниил и другие воины вместе с ним не шелохнулись. Они сейчас думали, только о выздоровлении Любомира и не хотели ссориться с Цефасом.
Остин вообще был из другого племени. Ему это не нравилось и точно в своём племени этого не допустит, однако не лез со своими убеждениями в чужой монастырь. Люди вокруг вообще не имели возможности возразить, даже если они всеми мыслями были против.
Однако у Богдана интересы были намного шире, чем у других. Если одни хотели набить свой желудок и пребывать в тепел, то он мечтал о другом. Создать дом, где можно восстановить цивилизацию, которая была на Земле. Да, она не была идеальной, однако Богдану нравился тот мир и этот может быть хоть капельку на него быть похожим. Для этого нужно иметь много людей и потеря каждого это огромный груз, который он не мог вынести.
Пока каждый пребывал в своих мыслях, на площадь вышла девушка. Облаченная в белые наряды, Анна шла, словно непорочная девушка в этом мире, наполненным болью. На лице серьёзность, она шла, не на кого не обращая внимания.
— Подойди дитя! Это честь выпала тебе!
Цефас взял в руки церемониальное копьё. Оно было сделано из удивительного материала, которому нет аналогов в этом мире. Поэтому оружие светилось серебряным светом и выглядело величественно. Все ожидали кровопролития, никто не решался вмещать.
«Почему ты так сердишься?!» — Анубис находился уже на пределе, когда весь астарл заполнили чувства ненависти исходящей от Богдана. Тот буквально хотел убивать. «Разве вы близки, чтобы ты думал о ней?!»
«Я злюсь, потому что какой-то левый тип пытается убить моих людей!»
В этот момент по площади раздался разъяренный крик Богдана.
— Ты жалкий лжец!
Богдан активировал своё заклинания, он решил сражаться до последнего.
Анна постоянно оглядывалась по сторонам, чтобы пронаблюдать за реакцией людей. У всех были разные выражения лица, но чаще всего её задевали улыбки. Они буквально резали ножом по её сердцу.
За ними шли люди, смотревшие с надеждой. Взгляды отца и матери. Все видели в ней спасение, однако она этого не хотела. Только надежды родителей и племени легли на её хрупкие плечи тяжелым грузом.
