Я погасила в зале свет и вместе с бабой Катей устроилась на кухне. Тут я ей и выложила проблему номер один: Наташа.
Гадалка на удивление легко взялась за решение ситуации.
– На самом деле все не так страшно, – пояснила она, принимаясь делать расклад на Наташину судьбу. – Ей можно вернуть разум, здравый смысл, но только не прошлую память. То есть при помощи чар вселить в ее воспоминания, что она не была одержимой злодейкой...
– Лоботомия? Баб Кать, это из области научной фантастики. Да и что такое человек без памяти?! Нет уж, пусть она все помнит и стыдится этого прошлого...
– Это, по-твоему, этично?
– А у нас есть еще выход? Самое страшное, если Наташа примется за старые фокусы.
– Вот этому мы и должны противостоять. Вот что я тебе скажу, Вика. Наталья лишилась рассудка не тогда, когда ее покинули демоны, а гораздо раньше: когда вместо того, чтобы детей рожать да хозяйством заниматься, сунулась в дела, совершенно ее не касающиеся.
– Логично.
– Вот оттуда и будем начинать ее лечение. Баба Катя внимательно воззрилась на расклад.
– Дрянь дело, – наконец заключила она. – Вокруг нашей королевы карты, означающие болезнь, потерю, даже лишение свободы. Ну, по сути, помешательство – это лишение свободы и есть. Теперь смотрим будущее... Влиятельный друг больше не оказывает поддержки, так... спасение приходит через хлопоты старой соперницы... Ха, вот странно!
– Что такое?
– Карта, означающая замужество. Причем легла она и рядом с картой Натальи, и рядом с твоей. Смеха ради можно сказать, что вы выйдете за одного и того же человека, причем одновременно, но это вряд ли... Скорее всего, одна из вас будет у другой свидетельницей на свадьбе. Так что есть повод навестить портниху!
– Глупости это, баб Кать, – вздохнула я.
– Может, и глупости, а только карты врать не станут. Что ты еще узнать у меня хотела?
– Как Наташу лечить. Она сейчас в квартире Баронета, пока спит, я ее заговорила. Но не может же она спать постоянно! А проснется – кукла да и только! Я ее на унитаз сажала, как ребенка малого.
– Это еще ничего, повторяю, не самое страшное. Во сне-то ее лечить лучше всего. Знаешь, как шаманы дух в тело возвращают? Вот то-то. Ладно, завтра съезжу я с тобой к твоей болезной, погляжу, что делать надо. А сейчас домой пора, время позднее. Не обессудь...
– Благодарствую за совет. – Я задумчиво наблюдала за тем, как гадальные карты сами складываются в колоду. – Я вам сейчас такси вызову, баб Кать...
И тут старая гадалка пребольно дернула меня за ухо!
– Гордая стала, да?! – шепотом прокричала она, – Сидит, губы надула, нюни распустила, а про свою нужду поведать характер не позволяет?! Ох, Вика!...
– Да ты о чем, баб Кать! – Я схватилась за ухо. Больно же!
– А о том! У тебя весь вечер глаза, как у кутенка утоплого! Значит, бросил тебя твой любимый, и без карт это ясно.
– Что ж теперь. Бросил так бросил. Старое только бередить...
– И ответь мне как на духу: и знать не хочешь, как он сейчас поживает?
Я вздохнула:
– Хочу.
– То-то же. С этого и надо было начинать! Есть у тебя в доме миска глубокая и широкая?
– Да, в общем... Только я в ней картошку чищу.
– Вымой и неси сюда! И прекрати такими глазами на меня смотреть!
Через пять минут я поставила на стол старую эмалированную миску, которую добросовестно отдраила до блеска порошком. Баба Катя придирчиво осмотрела посудину и дала команду наполнить миску водой. Повертела ее по три раза туда-сюда, пошептала что-то и заявила:
– Нужна вещь.
– Какая?
– Его вещь. Личная. Носовой платок. Шнурок от ботинка. Даже использованный презерватив пойдет. Нужно установить имитативный контакт...
– У меня есть только его книга, в смысле – им написанная. И кстати, в книге напечатана его фотография.
– Подойдет. Тащи!
«Выбор Тристана» сунули под миску. Баба Катя опять начала что-то шептать, приказав мне сидеть, не двигаться и ни в коем случае не говорить. В кухне потемнело, а вода в чашке, наоборот, как-то странно засветилась. Баба Катя вынула из волос высокий гребень, окунула его в воду, отчего та подернулась голубоватой дымкой и заколыхалась. Потом мокрый гребень вернулся на место.
– Вика, в воду гляди, а меня слушай, – тяжело и глухо приказала гадалка. – И ни звука не издавай!
Я вгляделась в колыхавшуюся воду. Не самый удачный вариант магического кристалла, но что поделаешь... Я увидела длинный стол, уставленный всяческими яствами, кучу налегающего на яства народа и не меньшую кучу народа, вокруг стола слоняющегося с бокалами в руках.
– Хуже презентации может быть только большая презентация, – низким насмешливым голосом сказала баба Катя, и я поняла, что она говорит голосом Авдея.
А потом я увидела его. В белом костюме, с эффектно отросшими волосами и узкой бородкой он был похож на мафиози-интеллигента. Он с явно скучающим видом выслушивал долгую тираду своего собеседника – тучного азиата в трещавшем по швам смокинге. Наконец ему это, видимо, надоело, он коротко рассмеялся, пожал азиату руку и двинулся прочь...
