Гарри пошевелился, и… испытал. Не острую, но ему вполне хватило. А если учесть, что это было в сочетании с обеспокоенным лицом Снейпа… Отказываться от новой порции зелья он даже не думал — выпил, кивнул и откинулся на подушки постели. Больничное крыло? Хорошо, если он в школе.
— Молодец, — похлопал его по плечу Снейп. Гарри очень хотелось втянуть побольше воздуха и помотать головой, но было больно, и он в молчаливом охренении уставился на Снейпа.
— Завтра утром с вами все будет в порядке, я гарантирую.
Снейп. Его. Успокаивает? А-а-а… Ой.
— Для восстановления связок будете принимать вот это… дома, я надеюсь. Будете?
Гарри осторожно кивнул. И снова выпал в осадок от бархатного:
— Вот и хорошо, Гарри.
Вот ведь… он открыл было рот… и пискнул бы, да… нечем.
Он сморщился от боли, и тут же получил небольшую отменно ядовитую отповедь в типично снейповском стиле.
«Так он настоящий или нет, в конце концов?» — подумал Гарри и потянулся рукой к сидящему возле него профессору. Вот он коснулся пальцами его чуть шероховатой щеки…
— Нет, я не сон, хотя, наверное, мог бы претендовать на один из ваших кошмаров, Поттер… — Снейп убрал его руку от своего лица, но продолжал держать за пальцы.
И тут Гарри как водой окатило: его же ждут дома, на Тисовой! Что сделает дядя Вернон, если он не вернется? А тетя Петунья? Сколько сейчас времени? Он ведь, наверное, уже давно опоздал… Он прикусил губу. Плевать на то, кто тут настоящий, он должен сообщить о себе…
Снейп почувствовал, как мальчишка судорожно сжал его руку и попытался приподняться. По лицу видно было, что он очень взволнован. Та-а-ак. Придется поиграть в угадайку. Впрочем, не так это и сложно.
— Вы боитесь, что вас потеряют, Поттер?
Кивок. Удивленно-благодарные глазищи.
— Ваши родственники смогут принять почту у совы?
Гарри заморгал и замялся. Теперь, наверное, да… Особенно если его нет уже долго. Кивнул.
— Сейчас половина шестого.
Мальчишка с признательностью посмотрел на него, видимо, почувствовав облегчение и дважды кивнул.
Флитвик протянул ему бумагу с карандашом, Снейп трансфигурировал кусок одеяла в жесткую подставку, и Гарри начал быстро писать записку Дурслям.
Северус смотрел и удивлялся. У этого Поттера даже почерк изменился. Да и вел себя мальчишка на удивление адекватно, а уж то, как он стоически терпел адскую боль, тем более внушало уважение. Ожог слизистых, да еще какой… куда до такого Круциатусу. Северус знал. Он вообще многое знал, сумасшедший экспериментатор еще с детских лет. Именно после такого ожога, правда, чуть в меньшем масштабе, а то бы просто не выжил — один ведь остался в лаборатории, — он заново учился говорить…
Гарри отдал ему не сложенный листок… Северуса это поразило. Мальчик так ему доверял?! После всего, что он, мысленно скрипя зубами, творил с ним, будучи под действием директорского «подарочка»? Он демонстративно не стал читать, запечатал послание и, еще раз взглянув на адрес, проговорил его вслух и передал сове. Бесшумный взмах крыльев, и… перед Гарри, с интересом рассматривающим затвердевший кусок одеяла (совсем как его первая «скорлупа»!) появляется новый листок бумаги.
«Где я?» — застрочил карандаш.
— У меня в гостях.
«Это?..»
— Вас интересует мой адрес? Вы мне благодарственные письма писать собрались?
Все-таки Снейп. Настоящий. Гарри улыбнулся, у него уже немного получалось.
— Пообщайтесь с профессором Флитвиком, мне нужно еще кое-что приготовить.
Гарри проводил глазами черный силуэт и повернулся к профессору Чар.
«Вы друзья?» — вывел карандаш.
Флитвик утвердительно кивнул:
— Давно.
«А тут он такой же немногословный, как Снейп», — подумал Гарри.
«Что со мной случилось?»
— Вы попытались использовать драконье пламяизвержение, не меняя форму. Ведь ваша аниформа — дракон, верно?
Кивнул теперь уже Гарри.
«Вы никому не скажете? Пожалуйста!!!» — карандаш едва не прорвал бумагу восклицательными знаками.
Флитвик сделал успокаивающий жест.
— Нам незачем рассказывать это кому-либо, Гарри. И мы можем поклясться, если хотите.
Гарри вздохнул. Дышать становилось все менее больно.
«Это настоящий Сне… профессор Снейп?»
— Конечно. Почему ты сомневаешься?
Гарри криво ухмыльнулся и нацарапал:
«Профессор никогда… — и вдруг задумался, но продолжил: — Профессор меня терпеть не может. Я думал, это кто-то под обороткой. Только не мог понять, зачем кому-то меня пугать?»
— Тебя пугает профессор Снейп?
«Ну… да, и злит тоже».
— Работа у него такая… Ты не устал?
Гарри прислушался к себе и снова заработал карандашом.
«Немного. Но я хотел бы дождаться сову».
— Надеешься получить ответ от родственников?
Он кивнул.
— Хочешь пить?
Еще кивок.
— Не против, если я тебя немного продиагностирую?
Гарри осторожно покачал головой, после чего Флитвик долго водил над ним палочкой и еще какой-то странной подвеской, которая иногда меняла цвет камня — от бледно-желтого до темно-золотого. На вопросительный взгляд ему ответили:
— Все хорошо. Все даже удивительно как хорошо…
А потом прилетела сова с запиской от Дурслей, и Гарри, наконец, разрешил себе уснуть…
* * *
