– Кто знает. Очень я, если честно, надеюсь на то, что когда «Пересвет» прилетит, этот инопланетный знахарь – шаман нам что – то сможет прояснить. Хотя… Есть и еще одна «ниточка» – что – то синги начали проявлять странную активность – уже несколько раз наши спутники засекали кратковременные выходы их кораблей в районах некоторых из тех планет, где у нас возникли проблемы. Далеко от планет, очень не надолго, словно для забора энергии или корректировки пространственных координат перед новым «прыжком», но…
– Думаешь, может быть это их, тьфу, не знамо чего, рук то у них нет. Короче, их происки?
– Мой отдел взял в разработку и эту версию тоже.
В это время встроенный в рукав комбинезона коммуникатор издал мелодичную трель. Посмотрев на засветившийся экран, Мирославов попрощался с коллегой:
– Ладно, пока, а то меня Завьялов вызывает. Наверное, после беседы с «Тавхаки» будет новые задачи ставить.
Дмитрий проснулся и какое – то время лежал, пытаясь осознать, что ему приснилось. Это казалось важным. Он стоял на вершине горы и держал на вытянутых руках ребенка. Он поднял руки выше, словно показывая ребенка ветрам, взошедшему солнцу и находящимся ниже вершины тучам. Сон побуждал к какому – то действию. Именно он должен был сделать что-то очень важное… Сделать, судя по всему, на той планете, к которой приближался после очередного «прыжка» «Пересвет». Но что именно надо было делать, было пока не понятно. Ну что ж, бывало и так, что значение сна прояснялось лишь тогда, когда ты сталкивался с той ситуацией, которая обозначалась показанной в образах сна аллегорией. Поэтому он не стал чрезмерно размышлять над значением увиденного сна. Как говорилось у землян: «война план покажет». День потек своим чередом: завтрак, тренировка, подготовка к высадке.
Выйдя из информатория, он встретил идущего по коридору Павлова.
– Привет, – улыбнулся тот. – Судя по твоему виду, ты только что вылез из «чрева» НОИС. Опять мозги грузил? Ну и как, много интересного нашел на сей раз?
– А как же! Я сегодня просматривал ваши историю и социологию. Есть над чем подумать, – улыбнулся Дмитрий.
– Ну да, ты всегда подумаешь, подумаешь, а потом как выдашь! Так завернешь, остается только глазами хлопать! А как тебе сегодня мои ребята? Орлы!
– Да, тренировка прошла прекрасно, они меня порадовали. А ты чего не пришел – медики еще не разрешили?
– Не – а, просто не успел, с начальством беседовал. А со здоровьем все нормально, медицина дала добро и я опять с вами, в строю.
– Ты уже просмотрел материалы по планете Большая Равнина?
– Еще не до конца, – сокрушенно покачал головой Павлов. – Посовещались у Гарчева, потом карты просмотрел. Ну, рельеф там вроде ничего, думаю, высадка должна пройти нормально.
– Там много интересного. Уникальный мир. Впрочем, как и все, на которых мы уже побывали.
– Уникальность для меня лично, как ты понимаешь, вторична. Мне важно, чтоб с членами исследовательской группы ничего не случилось. Народ надо дополнительно гонять и гонять…
– Зачем?
– Да чтоб заняты были. И глупости всякие в голову не лезли. А то вон вчера… Слышал, что мои учудили?! Нет? А я уж думал, все в курсе. Стали соревноваться, у кого быстрее пожарная сигнализация сработает. Мол, занятно, какой параметр более приоритетный – интенсивное задымление сенсора или прямое воздействие высокой температуры.
– Ну и как?
– Сработала у обоих одновременно. Изобретательные, блин, понимаешь. Ну дети малые! Ничего, тряпки в зубы и без всяких роботов – уборщиков! Ага, смеешься, а там все так пеной залило и аргоном заполнило, что хоть топор вешай!.. Дышать еле-еле можно и все в пене и тут как раз Гарчев входит… М – м – да… Картина Репина «Не ждали…».
Поговорив еще немного, они расстались, и Дмитрий отправился в кают – компанию. Там было пусто. Только Катя просматривала рабочие файлы. Похоже, такая их встреча уже становилась традиционной – перед высадкой на Афине – 7 он вот также зашел в кают – компанию и встретил там Катю. Только тогда там еще были Носов и Трофимов.
– Привет, – как – то вымученно улыбнулась девушка.
– Привет. Что – то случилось? Ты чего такая бледная? – спросил Дмитрий, уже и так чувствуя ее состояние. Но он уважал свободу выбора самого человека и не лез с предложениями помочь, если его не просили.
– Голова болит. Спала сегодня ужасно, всякая чушь снилась. Кошмары, от кого – то убегала, просыпалась от собственного крика. Теперь хожу как пришибленная. Отвратительно!
– Ну, головную боль ты и сама можешь снять.
– Я пыталась, – мрачно отозвалась Катя, не отрывая взгляда от виома. – Только она опять приходит. Наверно, мандраж перед высадкой. Столько дел! А я хожу как вареная курица! Что?! Ну вот что ты улыбаешься?!
– Извини, просто представил… Как должна ходить именно вареная курица…
