– Да ещё и это впридачу, – сказала миссис Мергатройд.
На соседнем сиденье такси её муж тихонько вздохнул. У миссис Мергатройд всегда было в запасе что-нибудь “впридачу”. Как бы удачно всё ни складывалось, Эдна Мергатройд непременно находила повод поныть и пожаловаться. Короче говоря, она была редкой занудой.
Сидевший за спиной водителя Хиггинс, молодой менеджер из центрального офиса, премированный недельным путешествием за счет банка как "самый многообещающий новый сотрудник года", хранил молчание. Он занимался валютными операциями – энергичный молодой человек, с которым они впервые встретились двенадцать часов назад в аэропорту Хитроу. Под напором миссис Мергатройд его изначальный энтузиазм потихоньку улетучивался.
Водитель-креол, улыбчивый и приветливый поначалу, когда они только садились в его машину, чтобы ехать в отель, также уловил настроение своей пассажирки и притих. Его родным языком был креольский французский, но по-английски он понимал прекрасно, недаром Маврикий целых сто пятьдесят лет был британской колонией.
Эдна Мергатройд всё брюзжала, поток жалоб и возмущённых комментариев не иссякал. Мергатройд, отвернувшись, смотрл в окно, где вид аэрпорта Плезанс сменился видом дороги, ведущей в Маебург, старинную французскую столицу острова, с его обветшавшими фортами, которые в далёком 1810 году не смогли защитить город от британского флота.
Мергатройд глазел в окно, восхищённый открывающився видом. Он твёрдо решил сполна насладиться недельной поездкой на тропический остров – первым в его жизни настоящим приключением. Перед отъездом он прочёл два толстых путеводителя по Маврикию и тщательно изучил подробную карту местности.
Они миновали деревню и въехали в царство сахарного тростника. У входов в дома по сторонам дороги они видели индийцев, китайцев, негров и креолов-метисов, живущих здесь бок о бок. Индуистский храм, буддистская пагода и католическая церковь стояли рядышком, в каких-то ярдах друг от друга. Путеводители сообщали, что на Маврикии представлены шесть основных этнических групп и четыре мировые религии. С подобной смесью Мергатройд сталкивался впервые, а уж то, что все мирно уживались друг с другом, было и вовсе удивительно.
Они миновали ещё несколько деревушек, вероятно небогатых и очевидно неопрятных; их жители улыбались и приветственно махали руками. Мергатройд махал в ответ. Четыре тощих цыплёнка выскочили из-под самых колес такси, чудом избежав гибели, а когда он обернулся, они уже опять копались в поисках пищи в совершенно бесплодной на вид дорожной пыли. Машина сбавила скорость перед поворотом. Из хижины вышел маленький мальчик-тамил в одной рубашке. Он встал у обочины, задрал подол своего одеяния и принялся мочиться на дорогу как раз когда такси поравнялось с ним. Продолжая придерживать рубашку одной рукой, он помахал другой. Миссис Мергатройд фыркнула.
– Какая пакость, – сказала она, наклонилась вперед и постучала водителя по плечу. – Почему он не пошёл в туалет?
Водитель запрокинул голову и рассмеялся, а потом повернулся к ней, чтобы ответить. Два поворота машина прошла на автопилоте.
– Pas de toilette, madame[1], – сказал он.
– Что он говорит?
– Похоже, дорога – это и есть туалет, – объяснил Хиггинс. Эдна презрительно хмыкнула.
– Смотрите, – сказал Хиггинс, – море!
Дорога шла вдоль крутого берега, и по правую руку до самого горизонта простирался Индийский океан, сияющий лазурью в лучах утреннего солнца. В полумиле от берега виднелась линия белой пены над коралловым рифом, отделяющим остров от глубоких океанских вод. С внутренней стороны рифа была лагуна. Бледно-зелёная спокойная вода в ней была так прозрачна, что можно было разглядеть кораллы на глубине двадцати футов. Затем такси вновь нырнуло в заросли сахарного тростника.
Пятьдесят минут спустя они въехали в рыбацкую деревушку под названием Тру-До-Дус. Водитель указал рукой куда-то вперёд и сказал:
– Hôtel, dix minutes[2].
– Слава богу, – пробурчала миссис Мергатройд. – Я уже едва терплю эту крысоловку.
Они выехали на дорожку среди ухоженных газонов, усаженных пальмами. Хиггинс улыбнулся и повернулся к ним:
– Да, это вам не Пондерс Энд, – сказал он.
Мергатройд улыбнулся в ответ:
– Да уж, действительно.
Не то, чтобы у него вовсе не было причин быть признательным лондонскому пригороду Пондерс Энд, где он возглавлял местное отделение банка. Полгода назад там открылась новая фабрика, и во внезапном порыве вдохновения он обратился к её управляющим и персоналу с предложением перечислять еженедельную зарплату сотрудников на банковский счёт, чтобы снизить риск ограблений, хотя обычно подобные услуги предоставлялись только руководству. К его удивлению, большинство согласилось, и отделение открыло несколько сот новых счетов. Это достижение было замечено в главном офисе, а когда кто-то предложил ввести систему поощрений для новых сотрудников и служащих провинциальных отделений, он стал одним из первых, получивших такое поощрение – недельный отпуск на Маврикии за счёт банка.
