Всего поход Антония от Фрааспы до пограничной между Мидией и Арменией реки Аракс длился 27 дней. Во время отступления римлянам пришлось выдержать 18 непростых, временами и тяжёлых оборонительных боёв. Фраат настойчиво преследовал легионы, стремясь нанести им как можно большие потери, если уж не удалось окружить и уничтожить всё вражеское войско. И, увы, ему это удалось. Веллей Патеркул пишет о том, что Антоний лишился четверти всего войска[829]. По сведениям Плутарха, когда уже на земле Армении был устроен смотр войска, то установленные потери составили 20 тысяч пехотинцев и 4 тысячи всадников[830]. Возвращение в собственно римские владения в условиях суровой зимы и беспрерывных снегопадов унесло жизни ещё 8 тысяч человек[831].
Хотя Антоний и пытался бодриться, называя свой поход победой[832], но это был неумелый обман. Кампания была полностью провалена. Кого в этом винить? Себя – такое исключалось. Да и войско, любившее своего полководца, продолжало, как мы видим, именовать его императором – победителем. Потому виновник был найден в Армении. Таковым сочли царя Артавазда II. Проходя через его владения, Антоний, однако, не рискнул в чём-либо обвинить армянского венценосца, понимая, насколько римское войско ослаблено. Наоборот, он сделал вид, что не помнит о предательском бегстве Артавазда II от стен Фрааспы. С самим правителем Марк беседовал, оказывая тому подобающие царские почести.
Парфяне тем временем праздновали победу. Довольный исходом войны царь Фраат велел перечеканить захваченные в огромном количестве в качестве добычи во время разграбления злосчастного обоза тетрадрахмы Антония и Клеопатры[833]. Теперь на них красовался его лик. Мы не знаем, как отреагировали триумвир и царица Египта на такое унижение, но на отмщение никаких сил не было.
Из Армении Антоний прибыл в Финикию. Здесь на берегу моря в деревушке под названием Белое селение, близ города Сидона, он дожидался Клеопатру, каковую вызвал на очередную встречу. Конечно, не трудно догадаться, насколько триумвир истосковался по любимой женщине, но была и веская прозаическая материальная причина: царица должна была доставить из Египта одежду для крепко поизносившихся в тяжелейшем походе воинов, а также побольше денег, дабы и ущерб от утраченных в походе тетрадрахм восполнить, и, главное, жалованье солдатам выплатить.
Однако, «царица задерживалась, и Антоний, терзаемый мучительной тревогой, часто и помногу пил, но даже хмельной не мог улежать за столом – посреди попойки он, бывало, вскакивал и выбегал на берег, поглядеть, не плывет ли египтянка, пока, наконец, она не прибыла, везя с собою много денег и одежды для воинов. Некоторые, правда, утверждают, будто одежду Антоний получил от неё, а деньги солдатам роздал из собственных средств, но сказал, что это подарок Клеопатры»[834]. Последнее, скорее всего, было злоязычием. Зная, как болезненно реагируют римские легионеры на задержку жалованья, Марк не стал бы томить их ожиданием лишь для того, чтобы потом в наилучшем виде представить любимую царицу.
Из Финикии Антоний и Клеопатра отбыли в Александрию, где триумвир и задержался надолго. Следующую зиму 36–35 гг. до н. э. он провёл в столице Египта вместе с возлюбленной. К этому времени у них было уже трое детей. Старшие – двойняшки – носили имена Александр Гелиос (Солнце) и Клеопатра Селена (Луна). Оснью 36 г. до н. э. родился ещё один сын, получивший традиционное для династии Лагидов имя Птолемей Филадельф (Братолюбивый). Известно, что в том же 36 году в Александрию прибыл и старший сын Антония и Фульвии Антилл.
Тем временем нежданно напомнил о себе бывший владыка островной державы Тирренского моря Секст Помпей Магн. Ныне он, правда, был всего лишь жалким беглецом. Луций Анней Флор очень выразительно описал положение Секста после поражения при Навлохе и оставлении им Мессаны: «Со времени Ксеркса не было столь печального бегства. Тот, кто прежде командовал флотом в 350 кораблей, бежал на шести или семи судах с погашенными на флагмане огнями, бросив в море перстни, дрожа и оглядываясь»[835]. Строго говоря, бежал Помпей с 17 кораблями, но это не делало его исход из Сицилии более почётным.
