Я подошла к Йовису. Он едва дышал. Осторожно оттянув край разорванного мундира, я увидела, что рана уже закрылась. Плоть срасталась прямо у меня на глазах. Йовис поднял дрожащие руки и прикоснулся к моим пальцам.
– Эм… – чуть слышно сказал он. – Эма…
В его голосе было столько тоски и печали, словно он нашел то, что давно искал, но понимал, что потеряет снова. А потом его руки снова упали с груди на пол.
– Йовис? Йовис!
Дыхание у него выровнялось, но глаза оставались закрытыми. Я надеялась, что его тело победит яд.
На пороге появился врач.
Йовис пошевелился и пришел в себя. Туника у него на груди намокла от пота, но взгляд был ясным.
Если он устойчив к ядам, то и я, наверное, тоже. Правда, проверять это на себе мне совсем не хотелось.
– Сначала осмотри его. – Я указала на Йовиса.
Йовис отмахнулся от врача, на его мундире остался след от струйки крови, но он прижал ладонь к затянувшейся ране и сел.
– Все хорошо, просто царапина, не больше.
Врач растерялся, и седая женщина, которая вернулась вместе с ним, громко и четко шепнула ему прямо в ухо:
– Твой император отдала тебе приказ, ты не расслышал?
Врач подпрыгнул от неожиданности и кинулся к Йовису.
Йовис хоть и нетвердо, но уже стоял на ногах, рана почти затянулась.
– Надо перевязать, и он будет в полном порядке.
Потом врач подошел к стражнице, которая лежала возле тиковой колонны. Проверил дыхание и пульс, провел быстрый осмотр и вынес свой вердикт:
– Сломана шея. Она мертва. Сожалею, ваше высочество.
Страж прикрыл рот ладонью, стражница не выдержала и разрыдалась.
Мне трудно было найти нужные слова.
– Сегодня вечером проводим ее с почестями, – сказал Йовис, – сожжем тело с веточками дымчатого можжевельника.
Я откашлялась:
– Похоже, слухи оказались правдой: Аланга возвращается. В следующий раз мы будем лучше подготовлены.
Правда, я не представляла, как сдержать это обещание, если я сама из Аланги. Мерая упомянула еще одно имя. Чари? Кто это? Друг? Любовник? Или спутник, как Трана или Мэфи?
– Перенесите ее тело во двор, обряд проведем в саду.
О Тране пока еще не все знали. И Мерая могла тоже не знать. Хотя у нее могло и не быть такого спутника, как Трана или Мэфи. У людей Аланги, вообще, есть спутники или нет? Столько вопросов – и ни одного ответа.
Врач стоял рядом с телом погибшей стражницы, но, надо отдать ему должное, в этот раз дождался моего приказа.
Я кивнула:
– Можешь идти.
Бинг Тай бесшумным шагом прошел в конец стола и спокойно сел, а врач на пути к выходу обогнул его по широкой дуге.
Стражники подняли тело своей погибшей подруги и вынесли в коридор. Надо было найти кого-нибудь, кто бы занялся телом Мераи.
– Ты и ты, здесь еще одно тело, можете вынести его? – обратилась к слугам в коридоре седая женщина. Я заметила, что она продолжает сжимать в кулаке свой карандаш. – Уверена, император захочет, чтобы и пол здесь вымыли.
Дрожь наконец ушла из моих костей, и я почувствовала себя выжатой. Причем выжали меня не один раз. Сначала – конструкция Лазутчик, а теперь вот это. Чтобы узнать, что происходит в Империи и какие еще сюрпризы оставил мне отец, надо было покинуть Императорский остров.
– Ваше высочество? – обратилась ко мне седая женщина. Ее взгляд скользнул по изуродованному трупу наемной убийцы, но она даже не поморщилась. – Учитывая обстоятельства, следует ли мне вернуться завтра? Я ожидала своей очереди как кандидат на пост управителя дворца.
В критической ситуации она, даже не будучи нанятой мной, действовала быстро и решительно. Я убрала за уши растрепавшиеся во время схватки волосы.
– Как тебя зовут? Откуда ты? Расскажи о себе.
Женщина отвечала четко и без запинки:
– Меня зовут Икануй, большую часть жизни прожила на Императорском острове, но какое-то время обучалась в академии на Хуалин-Оре. У меня семеро детей. Хозяйство веду сама. Впрочем, младшие уже выросли, и теперь мой дом пуст. Я еще не стара и надеюсь использовать полученное образование.
Икануй явно отрепетировала свои ответы, но хорошая подготовка – это всегда плюс.
– Ни мужа, ни жены? – уточнила я.
– Никогда не хотела ими обзаводиться.
Я взяла со стола медальон управителя, подошла к дверям и передала его Икануй.
– Добро пожаловать во дворец, Икануй, – управитель императорского дворца. Нам многое предстоит обсудить до моего отъезда.
Рана на руке от отравленного кинжала наемной убийцы зажила, но утром, даже притом что Мэфи всю ночь спал рядом со мной, я все равно чувствовал легкое головокружение и не совсем понимал, где я и что здесь делаю. К полудню головокружение прошло, но дезориентация в пространстве и времени осталась, хотя, возможно, это из-за окружающей обстановки и компании, в которой я находился.
Во дворе дворца на скамье в нескольких шагах от меня сидела император. Она писала письма, время от времени останавливалась, прикладывала перо к губам и задумывалась.
Реставрационные работы во дворце почти закончились. Глядя на замысловатые архитектурные украшения и старинные фрески, я, наполовину пойер, чувствовал себя неотесанным тупым простаком.
