Вернемся теперь к матримониальным проектам всемогущего, но бездетного императора Франции. С того дня как Наполеон стал императором, он не переставал думать о своем наследнике. Кто им будет? Где его найти? Жозефина по возрасту (ей было уже за 40) и состоянию здоровья не могла иметь от него детей. Ее сын от первого мужа, виконта Бурбонов и генерала революции, Евгений Богарне был усыновлен Наполеоном, но к роли престолонаследника династии
Все толкало Наполеона к разводу - и желание иметь наследника, и происки всех Бонапартов во главе с «мамой Летицией», подстрекавших его «бросить старуху» (Жозефину), и, наконец, дважды пережитая им в 1809 г. угроза гибели. Весной, когда при штурме Регенсбурга Наполеон был ранен австрийской пулей, он подумал, что, будь этот выстрел точнее, его империя осталась бы не только без государя, но и без наследника, а вскоре после австрийской пули, осенью, роковым для него мог стать нож Фридриха Штапса. Когда же, той осенью, он узнал, что ждет от него ребенка Мария Валевская, рассеялись последние сомнения в способности стать отцом.
События 1809 г. положили конец двухлетним колебаниям Наполеона. Он давно уже обсуждал с близкими людьми и процедуру развода, и кандидатуры невест, из которых мог бы выбрать вторую жену, но все время откладывал решающее объяснение с Жозефиной, жалея не только ее, но и себя. «Ведь она почти 15 лет украшала мою жизнь!» - восклицал он в разговоре с архиканцлером Ж. Ж. Р. Камбасересом[712]. Наконец, 30 ноября 1809 г. неизбежное свершилось[713].
В тот вечер императорская чета допивала послеобеденный кофе, когда Наполеон сделал знак прислуге, а также префекту дворца Тюильри барону Л. Ф. Боссе и камердинеру Констану, чтобы они оставили его наедине с Жозефиной. Когда все вышли, он сообщил Жозефине, что акт об их разводе будет подписан 15 декабря. Жозефина, хотя и давно ждала этого приговора, не могла сдержать рыданий. Наполеон, сам едва не разрыдавшийся, стал внушать ей: «Не пытайся меня разжалобить. Я люблю тебя по-прежнему, но у политики нет сердца - у нее только голова». Через считаные минуты Боссе, оставшийся поблизости, услышал душераздирающий крик в покоях императора. Дверь распахнулась, и на пороге появился Наполеон, смертельно бледный, не похожий на себя; его била дрожь. «Боссе, зайдите!» - позвал он. Префект поспешил в комнату и увидел там, что Жозефина лежит на ковре в нервном стрессе. С помощью императора Боссе отнес императрицу в ее спальню. Наполеон вызвал к ней Корвизара и ее дочь Гортензию, а сам всю ночь ежеминутно справлялся о ней, пока его не успокоили: стресс остался без последствий.
15 декабря в тронном зале Тюильри собрались все члены императорской фамилии (кроме Жозефа Бонапарта, который не смог отлучиться из Испании), Евгений и Гортензия Богарне и высшие сановники империи. Жозефина немного задержалась. «В ожидании “приговоренной” Бонапарты ликуют. Члены семьи Богарне с трудом сдерживают слезы», констатирует Андре Кастело. Но на этот раз Жозефина смогла взять себя в руки и по окончании процедуры бракоразводного процесса, которую провели Камбасерес и государственный секретарь Реньо де Сен - Жан д’Анжели, внешне спокойно, с достоинством, подписала вслед за Наполеоном соответствующий акт. По условиям акта Жозефина сохранила ранг и прерогативы императрицы. Ей были предоставлены дворцы на Елисейских полях и в Мальмезоне и назначена ежегодная субсидия в 3 млн франков. Она только перестала быть
