Император Николай II. Мученик полностью

Принцип древних «ищи кому выгодно» однозначно указывает на венских и берлинских врагов эрцгерцога Франца Фердинанда как на главную заинтересованную сторону в его физическом устранении. Историк В. Н. Воронин полагает: «Наиболее вероятно, что убийство в Сараево было прямо подготовлено австрийской военной партией, которую возглавлял генерал Конрад фон Гётцендорф. Целью этой провокации было обвинение Белграда в терроризме и последующее территориальное расчленение Сербии»{683}.

Уже после Первой мировой войны принцесса Стефания писала: «Сараево не могло бы случиться вне ведения министров. Император знал об опасности, знал об угрозе, нависшей над наследником престола, но он просто сидел и смотрел»{684}.

Сын убитого летом 1914 г. эрцгерцога, герцог Макс Гогенберг не сомневался, что к убийству его отца причастна германская тайная полиция{685}.

События лета 1914 г. и обстоятельства покушения вполне укладываются в эту версию. Инициатором поездки наследника престола в Сараево был старый его враг и член «военной партии» генерал-губернатор Боснии Оскар Потиорек. Именно он настоял на том, что Франц Фердинанд должен обязательно посетить главный город провинции после маневров, причём обязательно 28 июня, в сербский национальный праздник – битвы с турками на Косовом поле в 1389 г. Было очевидно, что в такой день престолонаследнику лучше не посещать столь опасный регион. Однако Потиорек не только настоял на приезде эрцгерцога именно в этот день, но ещё и полностью пренебрёг мерами безопасности.

28 июня 1914 г. эрцгерцог Франц Фердинанд и его супруга светлейшая герцогиня София Гогенберг были убиты в Сараево боевиком «Млада Босна» Гаврило Принципом. Враги убитого эрцгерцога Франца Фердинанда торжествовали. Одному из них, маркизу Альфреду Фюрст фон Монтенуово, приписывают следующее признание: «Нам давно нужен был предлог, чтобы поставить Сербию на место – в углу, на коленях, и Франц Фердинанд дал нам его. Теперь его задача в этом мире окончена»{686}. Даже если маркиз их не произносил, они очень точно отражают реакцию на гибель эрцгерцога со стороны большей части венского Двора.

Известие об убийстве наследника престола совершенно не нарушило спокойную жизнь Австро-Венгерской империи. Император Франц Иосиф не только не отдал приказа начать расследование произошедшего, но и не наказал должностных лиц Сараево, чьи действия, сознательно или нет, привели к тому, что покушение увенчалось успехом.

Однако правящие круги Австро-Венгрии и Германии немедленно использовали это убийство для разжигания войны. Причём слаженность и четкость их действий не оставляют уверенности в их заблаговременном планировании. 16/29 июня, когда в австро-венгерскую столицу было привезено тело эрцгерцога Франца Фердинанда, перед сербской миссией были устроены провокационные демонстрации, требующие убрать приспущенный в знак траура сербский национальный флаг. Когда посол Йованович отказался это сделать, сославшись на то, что Сербия, так же как Австро-Венгрия, скорбит по убитому эрцгерцогу, венские газеты поместили заголовки: «Провокация сербского посланника»{687}.

В Белграде со всей ясностью осознавали всю опасность складывающейся ситуации. Там хорошо знали, что Сербия «сможет перевооружить свою армию только через два с половиной года», а Россия и Франция «не готовы вступить в войну с Германией и её дунайским союзником, так как их подготовка к войне будет закончена не ранее 1917 г.»{688}

17/30 июня по поручению главы сербского правительства Николы Пашича посол Йованович явился в австро-венгерский МИД с заявлением на имя министра иностранных дел Австро-Венгрии графа Берхтольда. В нем говорилось, что королевское сербское правительство самым решительным образом осуждает Сараевское преступление, что оно будет делать всё от него зависящее, чтобы пресечь любую противоавстрийскую деятельность на своей территории и готово предать суду всех соучастников преступления, если таковые будут обнаружены{689}. Берхтольд «не смог» принять Йовановича, и тот был вынужден зачитать заявление своего правительства его помощнику{690}.