Подойдя ближе под предлогом рассматривания картины на стене, я услышал их краткий обмен фразами.
— Хозяин спускался? — спросил один.
— Десять минут назад, — ответил второй. — Сказал никого не пускать, пока не вернётся.
Это подтверждало подозрения Святослава — в доме действительно было что-то, что требовало особой охраны. Через полчаса мы собрались в условленном месте.
— Кабинет на втором этаже восточного крыла, — сообщил Святослав, — но там строгая охрана, даже гостей с особыми приглашениями не пропускают.
— Я заметил, — подтвердил я. — Нужен отвлекающий манёвр. Что-то достаточно громкое, чтобы оттянуть всеобщее внимание.
Василиса задумалась, но Полина подалась вперёд с загоревшимися глазами.
— У меня есть идея, — прошептала она. — Помните тот роман Торнтон, где Эмилия устроила скандал, чтобы её компаньонка могла проникнуть в кабинет лорда?
— Господи! — не выдержала Голицына. — Да никто кроме тебя это не читал!
— Что за скандал? — вмешался я, приободрив Белозёрову.
— Там это была сцена ревности, — благодарно кивнула Полина. — Устроим сцену у всех на глазах. Такую, что охрана точно не усидит на месте. Вмешается и начнёт нас разнимать.
План был рискованным, но при отсутствии других вариантов, мы решили действовать. Святослав должен был остаться в зале, чтобы стать объектом скандала и следить за общей обстановкой, а девушкам предстояло создать отвлекающий манёвр.
Через пятнадцать минут, когда бал достиг своего апогея, воздух разорвал женский крик:
— Как ты смеешь! — голос Полины, звонкий и возмущённый, заставил гостей обернуться.
Она стояла напротив Василисы, с театральным негодованием указывая на неё пальцем. Василиса, поначалу явно смущённая, быстро подхватила игру.
— О чём ты говоришь? — холодно отрезала она, вздёрнув подбородок.
— Не притворяйся! — Полина повысила голос. — Я всё видела! Ты флиртовала с ним весь вечер!
Гости начали собираться вокруг, заинтригованные скандалом. Святослав, стоявший неподалёку, изображал смущённого объекта женского внимания.
— Какая нелепость, — парировала Василиса. — Если кто-то и вился вокруг него весь вечер, то это была ты. Пигалица!
Полина сделала шаг вперёд, её лицо исказилось от наигранной ярости.
— Не смей лгать мне в лицо! — она сделала резкий жест рукой, и в этот момент бутылка шампанского на столе буквально взорвалась, обдав брызгами ближайших гостей.
Начался переполох. Охрана, в том числе двое у входа в восточное крыло, поспешила к месту происшествия. Я воспользовался суматохой, быстро отступил в тень и двинулся в сторону запретного прохода.
Полина тем временем превзошла саму себя. Она не просто кричала — она рыдала, обвиняла, угрожала, а потом, в кульминационный момент, изобразила столь убедительный обморок, что даже Василиса на мгновение испугалась, не переборщила ли она с ролью.
— Ей нужен воздух! — закричал кто-то из гостей.
— Врача, врача, позовите врача! — как-то не очень убедительно вторил другой голос.
Под покровом всеобщего смятения я проскользнул в запретную часть здания. Коридор второго этажа был пуст и слабо освещён. Я двигался вдоль стены, прислушиваясь к каждому звуку.
Кабинет ректора найти оказалось несложно. На нём висела самая мощная магическая защита. Магический заслон на дверях был сложнее физического замка — пришлось потратить немного энергии на его нейтрализацию.
Внутри меня ждало просторное помещение с массивным столом, книжными шкафами и большими окнами, задрапированными тяжёлыми портьерами. Я быстро осмотрел документы на столе — отчёты, письма, академические ведомости… Ничего подозрительного на первый взгляд. Выдвинув верхний ящик стола, я обнаружил личную печать ректора, несколько флаконов с чернилами и стопку пустых бланков за подписью Горевского.
Поняв, что нужно что-то менять, я активировал заклинание
Я закрыл веки, полностью сосредотачиваясь на ощущениях. Каждая вибрация, каждый звук, каждое движение преобразовывались моим разумом в чёткую картину. Я видел тоннели, залы, переходы и лестницы, словно просматривал объёмный план здания.
Тайный проход за книжным шкафом… Нестареющая классика прямиком из дамских романов Полины.
Пришлось перебрать несколько книг, прежде чем, нажав на корешок одной из них, я услышал тихий щелчок — секретный механизм сработал, и часть шкафа отъехала в сторону, открывая узкую лестницу вниз.
Спускаясь по крутым ступеням, я ощущал, как воздух становится более затхлым. Внизу оказалось подвальное помещение, освещённое тусклыми магическими светильниками. То, что я там увидел, заставило меня мгновенно собраться: лаборатория с причудливыми приборами, колбами, кристаллами Эссенции и… камерами для пленников, встроенными в стены.
В одной из них я заметил человеческую фигуру. Подойдя ближе, я увидел молодого мужчину, прикованного за ногу цепью к стене. Худощавый юноша лет девятнадцати-двадцати выглядел мягко говоря, не очень. Его щёки покрывала редкая юношеская щетина, а под левым глазом расплывался свежий синяк.
