Она склонилась надо мной, тронула кончиками пальцев лицо. Не выдержал и открыл глаза, уставившись на Одри. Бледные щеки, совершенно растрепанные косы и проклятые искусанные губы. Положил ладонь ей на затылок и притянул к себе, прижимаясь к этим губам, втягивая в рот нижнюю. Желание взорвалось во мне мгновенно, вышибая все мысли из головы. Она не пыталась сопротивляться, впрочем, сейчас это было бы бесполезно. Перевернулся, подминая Одри под себя, жадно целуя, впиваясь пальцами ей в бедра. Хотелось большего. Добраться до тела, до кожи, снова почувствовать ее вкус. Я сжимал в кулаке ее растрепанные косы и лихорадочно трогал языком и ладонью, почти задыхаясь от желания большего… Меня словно накрыло волной какой-то запредельной страсти, так что стало плевать на то, где я. Главное — с кем. Прижал ее к земле, придавил собой, забыв, что ей может быть тяжело. Опасаясь, что сбежит. Не давая сбежать. Мне нужно больше… Еще немного, совсем немного, чтобы почувствовать ее. Снова. Хоть ненадолго.
— Лекс…
Ее хриплый стон еле слышен, но он взрывает мой разум и полностью отключает все человеческое, оставляя лишь потребность быть с ней. Проклятая, проклятая Одри, что действует на меня, как дурман, как магнит на железную стружку. Отказаться не могу и простить не могу…
И хочу так, что сейчас сдохну, если не возьму…
Посторонний звук уловил лишь на уровне инстинктов и навыков, что не отключались даже во сне. Перевернулся одним движением, загораживая собой девушку, швырнул файер. От злости, что помешали, а не пытаясь убить. Харт отпрыгнул, посмотрел на пылающий куст, откашлялся.
— Вижу, наша пропажа нашлась. И даже вполне… живой и невредимый. Расскажешь, где тебя носило три дня, Раут?
Я недовольно отпустил Одри, та отползла, глядя на меня дикими глазами.
— Харт, сделай одолжение — исчезни. — На ловца я даже не обернулся, не спуская тяжелого, голодного взгляда с девушки.
— Не могу. — Харт подошел ближе и заорал. — Раз ты жив, Раут, то подними свой зад и помоги мне отогнать серых тварей! А выяснять отношения продолжите потом, договорились?
— Что? — я изумленно оглянулся, вскакивая. Вот Бездна! Мы сидели внутри защитного купола, а снаружи бились оскаленные морды. Ник и Здоровяк были там же — у края мерцающей стены, вливая в нее свою силу. Дальше, у черных камней, застыла Лира, швыряя в серые тени куски льда. И рядом — Ланта, что шептала девушке какие-то слова, направляя. Я моргнул. Кажется, я многое пропустил. Поднялся, расставил ноги, раскрыл ладони.
— Харт! — окликнул ловца. С его бледного лба катились капли пота, губы посинели. — На счет три убирай защиту.
— Сдурел? — прохрипел он.
— Выполнять! — рявкнул я. — Раз, два…
Купол схлопнулся и исчез, серые монстры взвыли и одной живой массой тел, клыков и когтей ринулись на нас.
— Три, — закончил я. Белое пламя стекло с ладоней и помчалось навстречу тварям, сметая все на своем пути и оставляя черную выжженную землю. Через три минуты все было кончено, над лесом повисла неестественная тишина. Ни звуков птиц, ни шуршания мышей в норах, ни ветра, гуляющего в зарослях.
Лишь взгляды друзей, что смотрели на меня с немым ужасом, словно чудовищем здесь был я.
Первым «отмер» Здоровяк, уронил уже ненужный клинок, выдохнул.
— Лекс? Это ты? — неуверенно пробубнил он.
— Нет, принцесса Сильвия, — хмыкнул я. — Что у вас тут произошло?
Впрочем, что — я и сам понял. Пейзаж был прежним, похоже, «друзья» ожидали здесь моего возвращения, боясь уходить далеко. Какая похвальная преданность! Я почти проникся.
Харт присел, тронул пальцем пепел на выжженной земле. Перевел взгляд на меня.
— Раут, ты кто такой? — мрачно поинтересовался он.
Я хотел по обыкновению съязвить, что поганый чернокнижник, но осекся. Последний визит на Изнанку заставил и меня об этом задуматься. Крепко так, основательно. Но все эти мысли я решил оставить на потом, пока у меня были другие чувства и желания. И крепко схватив Одри за руку, я потащил ее в сторону, бросив через плечо совершенно шокированным спутникам:
— Пожрать приготовьте, вернусь голодным. И постарайтесь не вляпаться в новые неприятности, пока меня нет.
— Ты куда? — изумился Ник. — То есть… вы куда?
Я не ответил, даже не оглянулся. Одри попыталась вырваться, но я не обратил внимания. Остановить меня сейчас не смогло бы и новое нашествие серых тварей.
Сухое укрытие за мшистыми валунами, усыпанное сосновыми иглами и листвой, показалось мне вполне подходящим и удобным. Правда, я отметил это лишь краем сознания, мне действительно стало наплевать на все. Кроме желания, что меня сжигало.
Развернул Одри и сразу впечатал в свое тело, торопливо дергая подол ее платья. Она ахнула и вырвалась, прижалась спиной к камню.
— Лекс! Нет…
— Да.
— Я не хочу! — она сжала свои тонкие ладони, испуганно глядя на меня.
— Правда?
Дернул ее на себя, прижал спиной к груди, обхватил левой рукой поперек живота, чтобы не вырывалась. Злость сплелась внутри с желанием, так болезненно…
