Мальчикам и девочкам, которым еще Траян определил суммы на питание, он сделал щедрые надбавки. Состояние сенаторов, которые разорились не по своей вине, он пополнил до размеров, полагающихся сенаторам, – в соответствии с количеством их детей, причем очень многим он без задержки выдавал средства с таким расчетом, чтобы их хватило до конца их жизни. Не только его друзьям, но и большому количеству людей из широких кругов его щедрость открывала путь к исполнению почетных должностей» (АЖА, Адр. VII).
В начале XIX в. в Риме на территории форума Траяна найдены фрагменты каменной плиты с почетной надписью в честь Адриана, сделанной в 118 г.:
«Сенат и народ римский императору Цезарю Траяну Адриану Августу, сыну божественного Траяна Парфянского, внуку божественного Нервы, великому понтифику, дважды наделенному властью народного трибуна, дважды консулу, который первый и единственный из всех императоров, отменив долг императорской казне в сумме 900 миллионов сестерциев, превзошел не только своих современников, но и их потомков, которые будут спокойно жить благодаря этой щедрости» (ЛН, 198).
Адриан обладал всеми качествами превосходного воина и отличался такой же физической выносливостью, как Траян. Адриан умел владеть даже гладиаторским оружием, а на охоте часто собственноручно убивал львов. Превосходный воин и разумный администратор, Адриан вместе с тем был тонким интеллектуалом. С детства он настолько хорошо знал и любил греческую культуру, что в шутку его прозвали гречонком.
Еще до того как стал императором, Адриан был правителем Афин, а впоследствии проявлял большую заботу об этой интеллектуальной столице античного мира. Время Адриана было для Афин истинно золотым веком. В Афинах Адриан воздвиг гигантский храм Зевса Олимпийского, высота колонн которого доходила почти до 20 метров.
Адриан выделялся из всех императоров подлинной страстью к искусству. За все пять веков существования Римской империи никто из императоров не умел так наслаждаться искусством, как Адриан.
Своеобразной данью любви к греческому искусству была благосклонность Адриана к своему рабу-греку Антиною, юноше поразительной красоты; для императора-эстета он был живым воплощением идеала чистой гармонии.
Судьба Антиноя не была счастливой: совсем юным он утонул в Ниле.
Скорбя о погибшем, Адриан официально провозгласил его богом. До нашего времени сохранилось множество изображений Антиноя.
Адриан был страстным путешественником. Ни один император не посетил такое количество стран и не перевидал столько достопримечательностей, сколько сумел увидеть он.
В окрестностях Рима, в Тибуре (совр. Тиволи), Адриан построил для себя грандиозную виллу, где воспроизвел различные архитектурные стили и воссоздал уголки разных стран. «Чтобы ничего не пропустить, он сделал там даже подземное царство» (АЖА, Адр. XXVI). Широкую строительную деятельность развернул Адриан также и в Риме. Но при этом он проявил большую скромность и не писал своего имени на фасадах зданий.
При Адриане был перестроен Пантеон, потому что старое здание, построенное Агриппой, соратником Августа, пришло в очень плохое состояние. Существующий мощный храм с уникальным куполом – фактически совершенно новое сооружение, но Адриан тактично сохранил на фасаде имя его первого строителя: «Марк Агриппа, сын Луция, консул в третий раз, построил» (ЛЭ, с. 203).
Пантеон оказался самым счастливым храмом древнего Рима; это единственное античное здание в Риме, которое не превратилось в руины и не было перестроено. Предполагают, что его автором был знаменитый архитектор Аполлодор из Дамаска.
Сам Адриан также выступил в роли архитектора, и по его проекту был построен грандиозный храм Венеры и Ромы (богини города Рима), но Аполлодор из Дамаска раскритиковал это здание за неудачные пропорции.
Адриан был человеком сложной психологии. Характер у него был капризный, остроумие злое, иногда он бывал подозрителен и жесток. Широкую/гамму психологических оттенков личности Адриана отмечали античные писатели:
«Он бывал серьезным и веселым, приветливым и грозным, необузданным и осмотрительным, скупым и щедрым, откровенным и лицемерным, жестоким и милостливым; всегда во всех проявлениях своей натуры он был переменчивым» (АЖА, Адр. XIV).
«Несмотря на свою склонность критиковать музыкантов, трагиков, комиков, грамматиков, риторов, ораторов, он всех специалистов удостаивал высоких почестей и делал богатыми, хотя и приводил их в смущение своими вопросами. Ученых, которые явно не соответствовали своей профессии, он делал богатыми и удостаивал почестей, но отстранял их от профессиональных занятий» (АЖА, Адр. XVI).
«Адриан так жаждал громкой славы, что книги о собственной жизни, написанные им самим, он передал своим образованным вольноотпущенникам для того, чтобы они издали их от своего имени» (АЖА, Адр. XVI).
