Студенты вокруг смотрели на нее такими же вопросительными взглядами. Во-первых, никто не верил ее предыдущим словам, зная, как она относиться к своей сестре на самом деле. А во-вторых, почему учитель Гуй так говорит с ней… разве она не любимица почти всех преподавателей в школе?!
Лицо Майи покраснело от смущения и злости. Но она с невозможными усилиями натянула теплую улыбку:
— Так как это моя сестра, ей будет лучше пойти со мной. Вскоре, итак, начнется оценка, где мы разойдемся…
Ариэла молча наблюдала за ее поведением, гадая, с чего вдруг такая сестринская любовь и помощь?
— Тогда… спасибо третьей сестре.
Учитель Гуй печально и безрадостно улыбнулся: этой девочке явно не будет сладко в их школе, но он сделает все возможное, чтобы она училась хорошо…
Мужчина еще несколько секунд смотрел на Ариэлу, а потом ушел с учителем Пао по своим делам.
Майа ненавистно сверкнула глазами на свою старшую сестру, гордо стоящую перед ней, будто она ее провинившаяся слуга. Что странно, девушка сейчас себя именно так и чувствовала.
За то время, пока они не виделись, она, кажется, стала намного красивее, чем раньше: цвета слоновой кости кожа, к которой не прикасался ни один луч солнца; трогательная улыбка на тонких губах и нежный взгляд, постоянно устремленный вдаль.
Она просто стояла, но вокруг витал невидимый ритм жизни и смерти, которые, казалось, полностью подчинялись ей. Сильная духом благородная личность!
Ей не нужны были слова! Ариэла своими темными, цвета горького шоколада, глазами смотрела прямо в души, читая их, как открытые книги!
Чувство дискомфорта Майи в присутствии сестры становилось все сильнее. Но даже если она и понимала, что Ариэла изменилась, став красивее самого редкого цветка, никогда этого не признает!
Девушка стиснула зубы, придушив гнев и зависть в душе, которые почти переполнили всю ее. Она натянула милую улыбку и прошла мимо старшей сестры.
Многие взгляды были сосредоточены на этой парочке, поэтому ни одна из них не могла показать свое высокомерие на публику. Ариэла мысленно презрительно фыркнула на такое поведение и провела сестру взглядом.
Оказалось, что она пошла к месту, где собралась особенная толпа учеников, чьи носы постоянно были устремлены вверх, а на лицах играло только одно выражение — тщеславие.
Среди них она приметила одного самого низкого парня, и только из-за круглой серебряной таблички, прикрепленной на левой стороне груди.
На шильдике пот выгравированным мечом с надписью «Огненный цвет» было еще и число: четыреста пятьдесят три.
Рисунок, скорее всего, являлся символом школы, а число — порядковый номер студента.
Учитель Гуй дал ей такой же, когда они были еще в школе.
Майа резко развернулась и насмешливо дала совет своей сестре:
— Старшая сестра, мы участвуем в оценивании воинов, а вон там, — она указала на меньшую толпу таких же студентов, которые немного отличались от тех, возле каких стояла девушка, — Таинственные учителя. Тебе туда…
Ариэла в это время с неприкрытой враждебностью и злостью смотрела в глаза Майи. Ей начинало надоедать такое отношение. Ноги сами понесли ее к девушке… но когда она была уже в трех шагах от нее, внезапно сбоку появился какой-то подросток с ломающимся, но холодным голосом.
— Послушай сюда, мисси, это не то место, куда ты можешь просто прийти, чтобы привлечь к себе хоть какое-то внимание, — она остановилась, молча сцепив зубы. Ее глаза сразу увидели табличку мальчика, что была не серебряной, а черно-белой.
Знак Таинственного учителя?
Девушка тяжело вздохнула: у современных детей никаких манер… она только появилась, а уже каждый второй готов унижать ее.
Хотя в них самих ничего особенного не было. Подросток перед ней лет шестнадцати или семнадцати, высокий и худой, как спичка. Он выглядел симпатичным, но ощутимая аура надменности и снисходительности к людям, ниже его по статусу сразу заставляла окружающих людей чувствовать себе не очень комфортно.
— Именно учитель Гуй дал мне возможность прийти сюда. Хочешь сказать, он совершил ошибку? — с нажимом спросила Ариэла.
Лицо мальчика слегка изменилось, нахмурившись, как грозовое небо.
Этот учитель — один из лучших преподавателей в школе, и его слова никто не смеет ставить под сомнения. Можно сказать, старшая мисс Мун находиться теперь под его защитой.
Если она, конечно, не врет…
Не прошло и минуты, как он снова криво улыбнулся:
— А ты часом не используешь учителя Гуй в качестве щита, чтобы скрыть свои истинные намерения? Тогда хотя бы придумай себе навыки получше или исчезни! Ведь в школе тебе может прийтись ох как не сладко…
Ариэла даже немного удивилась таким предположениям, но он еще не догадывался, с кем связывается в этой словесной битве:
— Значит, мне нельзя участвовать в оценивании сейчас? Ты угрожаешь и препятствуешь мне, дорогой брат*?
Парень внезапно покраснел, толи от злости, то ли от натуги, придумывая что-то обиднее.
— Фил, остынь, — в этот момент раздался еще один голос. Спокойный, но несший собой слабое величие, которому никто не посмеет бросить вызов.
