Впрочем, пришлось быстро взбодриться — тренер наверняка уже прознал от своих друзьяшек с Лубянки, чем наша парочка занималась в свободное от учебы время. По крайней мере, смотрел на нас Дмитрий Евгеньевич ну очень выразительно. Кажется, он даже воздуха в грудь успел набрать, чтобы начать делиться мудростью напополам с матюгами и старой доброй армейской муштрой, как вдруг Корсакова обломала мужику всю малину.
— Дмитрий Евгеньевич, я хочу отточить технику щита, — уверенно заявила она.
У Разумовского от такой наглости дернулась бровь.
— Какого? — вкрадчиво поинтересовался тренер.
— Всех, — последовал ответ.
Разумовский перевел на меня прищуренный взгляд:
— Мирный, я бы на месте ее отца нанял лихих людей, чтобы ты отошел от моей дочери на противозачаточное расстояние.
— Дмитрий Евгеньевич! — воскликнула Василиса, заливаясь краской.
— Думаю, он уже занял очередь, — спокойно усмехнулся я.
Тренер недовольно покачал головой и снова разделил нас на занятие. Мне выдали скучную отработку техники Огня типа фаербола с указанием «довести до автоматизма».
В отличие от работы с ледяными снарядами, швыряние огненных шаров вызывало у меня некоторые трудности. Потому как я даже примерно не представлял, какой вес у этой штуки и зависит ли он от размера огненного шара. Но проблему я осознал не сразу, она, так сказать, нарисовалась в процессе, когда я кинул первый огненный шарик, а его сдуло в стайку девчонок, медитирующих над какими-то ростками.
Их тренер рявкнула в мою сторону что-то в духе «сила есть — ума не надо», за что получила злобный рык от Разумовского типа «своих студентов я вздрючу сам». А потом и мне, конечно же, выдали мою порцию отеческого негатива.
Короче, когда за четверть часа все со всеми поорались и вернулись к своим занятиям, я не без удовольствия заметил, что Василиса весьма ловко возводит ледяной купол. Он, конечно, еще требовал массу доработок, например, чтобы толщина льда создавалась равномерной, но в целом девчонка с большим воодушевлением отрабатывала технику.
Я даже залюбовался Василисой, погруженной в тренировку. Движения девушки, обычно плавные и медленные, стали более резкими, стремительными, глаза едва заметно светились от магии, что придавало им более насыщенный, глубокий цвет, сосредоточенное выражение лица делало ее как будто старше и опаснее.
Хороша, чертовка.
— Мирный, я не понял, ты все сделал? — вырвал меня из задумчивости Разумовский. — Стоит тут, вздыхает, как красна девица. Работай!
— Я б, конечно, лучше прилег, но жестковато, — пробормотал я и вернулся к метанию огненных шаров мимо цели.
В этом мире у Российской империи с Китаем были довольно ровные отношения. Этот Китай от Китая моего прошлого мира почти не отличался, разве что вместо коммунистической партии тут все еще правила династия Цин.
Они точно так же маялись от периодических восстаний тех или иных провинций, щедро спонсируемых «западными партнерами». Не слишком успешно решали проблемы то перенаселения, то демографической ямы. Периодически показывали настоящие чудеса технологических прорывов, и все так же были очень трудолюбивой нацией.
Я никогда не был большим фанатом китайской кухни, особенно после нескольких затяжных командировок на Дальний Восток. Но ресторан выбирали девчонки, так что мы с Алексеем просто скучно следовали заданному направлению.
«Старый Ухань» располагался в центре Москвы в очень атмосферном здании. Трехэтажное строение в псевдокитайском стиле с несколькими башенками-пагодами, яркими дракончиками на фасаде, цветами и золотушечками. Внутри ресторан выдерживал атмосферу: и интерьер, и персонал в стилизованных традиционных одеждах, и музыка из динамиков.
Нас посадили за уютный круглый стол так, что мы могли видеть весь зал, а вот всему залу наша компания в глаза не бросалась. Охрана сопровождения, следующая неотступно за Василисой, по моему знаку расселась за соседними столиками.
Если Ермаков к появлению телохранителей отнесся с пониманием, то вот Демидовой явно было любопытно, хотя княжна и держалась от вопросов. Сама же Корсакова проявляла просто чудеса выдержки и вела себя так, как будто за ней с детства тенью следуют профессиональные бойцы.
— Этот ресторан принадлежит китайским партнерам нашего рода, — негромко проговорила княжна Демидова, листая меню. — И кухня здесь просто прекрасна. Весь персонал привезен из Китая, рецепты оригинальны, хотя часть адаптирована под наш вкус.
На некоторое время мы погрузились в шелестение страниц. Выбор ничем не отличался от любого другого китайского ресторана, в котором я бывал в прошлой жизни. Что ж, посмотрим, умеют ли местные китайцы готовить свиные уши…
— …и, пожалуйста, цыпленка кунг бао, — делала заказ Корсакова.
— Ты уверена? — спросил я, отрываясь от своих размышлений.
Решал я крайне важную задачу: брать кофе сейчас или чуть попозже. Или и чуть попозже, и сейчас.
— А что? — удивилась Василиса.
— Ничего, — пожал я плечами в ответ, — просто это очень острое блюдо. Ты ешь такое?
— Ты бывал здесь? — удивилась княжна Демидова.
