— Не говорите глупостей, — встряла Нарышкина, пресекая этот фарс. — Если бы Александр на самом деле был бастардом Романовых, его б уже давно признали — такой маг и бесхозный. Доучится — так за него половина родов передерется, лишь бы с ними дела вел.
— Жаль, — печально вздохнул мой сосед по общежитию.
Друзья тоже вздохнули — иметь среди близкого круга бастарда императорского рода почетно и полезно. И только Иван скалился и продолжал докапываться до девчонок вопросами типа «А как там царевна? Никто не успел к ней подкатить?». И тему вроде бы сменили, а слушок теперь наверняка поползет — соседние ж столы активно греют уши на разговорах нашей пафосной компании…
Прибил бы, да наследник трона.
Все-таки отличную штуку придумали Мирный с Корсаковой. Сайт в сотню раз удобнее старых форумов, можно легко подгружать фото и видео. Ходынка быстро организовалась в закрытое сообщество, и теперь горячие дискуссии на тему автомобилей, запчастей и техник вождения шли круглые сутки.
Княжич Нахимов тоже оценил удобство сайта, но, честно говоря, сообщество Ходынки его интересовало в последнюю очередь. Больше всего ему нравилось, что сайт «В Курсе» можно было использовать в качестве большого справочника и, игнорируя все скучные правила этикета, писать напрямую любому человеку. Ведь если Ее Высочество выкладывает фоточки котиков из Кремля и ставит сердечки на комментарии у себя на странице, то написать напрямую девушке, которой ты официально не представлен — не так уж и неприлично.
К. Нахимов:
«…часто видел вас на Ходынке…».
А. Румянцева:
«…впечатлена вашими заездами…».
К. Нахимов:
«…вы ставили на меня?».
А. Румянцева:
«…бывало, но это девичья блажь, я совсем не разбираюсь в машинах».
К. Нахимов:
«Я бы с удовольствием поделился с вами своими знаниями на этот счет».
А. Румянцева:
К. Нахимов:
«Анна?».
А. Румянцева:
К. Нахимов:
А. Румянцева:
К. Нахимов:
«Анна?»
А. Румянцева:
Княжич встал из-за стола, за которым завтракал с товарищами, и, неразборчиво попрощавшись, вышел на улицу. Девушка что-то так долго набирала, что Кирилл не находил себе места, ему срочно требовалось пройтись, а лучше — проехаться, если она сию же секунду не пришлет свой положительный ответ.
Телефон пиликнул входящим сообщением.
А. Румянцева:
К. Нахимов:
«Вы несправедливы ни к себе, ни ко мне».
А. Румянцева:
«Вы даже не представляете, что у меня на душе за этой, как вы выразились, красотой и изяществом».
К. Нахимов:
А. Румянцева:
Кирилл стоял прямо посреди плохо очищенной дорожки между корпусами университета, в распахнутой куртке и без шапки, и гипнотизировал взглядом экран телефона. Княжичу не было холодно, он вообще не замечал мир вокруг себя. Его волновало лишь то, что запавшая в душу девушка что-то набирала, набирала и никак не решалась отправить.
А. Румянцева:
«Это дурная затея, княжич Нахимов. Прошу вас, оставьте бедную девушку в покое, на мою судьбу и так выпало немало трудностей».
Нахимов хмыкнул. Отсутствие категоричного отказа — это почти что приглашение на охоту. Впервые за долгое-долгое время княжич чувствовал подъем и эйфорию от общения с девушкой, и это стоило дороже всех сложностей, что мог бы принести такой брак.
Она его зацепила, и он был готов бороться.
Кирилл вдохнул полной грудью и, предвкушая будущую встречу, направился на пары.
Время залечило тяжелую рану. И жизнь готова была принять в свой бурлящий поток очнувшегося от многолетнего коматоза юношу.
Тем же вечером Его Высочество изволил явиться ночевать в общагу.
— Иван, я тебя прибью, — честно заявил я, едва цесаревич закрыл за собой дверь.
— За что? — возмутился парень.
