— Могу зубы показать, — оскалился я, заставив девушку громко рассмеяться, запрокинув голову.
— Ты смешной, сладенький, — протянула она, отсмеявшись, и спросила серьезным тоном. — Он совершеннолетний?
— Обижаешь, — протянул Алмаз.
— А точно хочет выйти? — с сомнением спросила Афина, покосившись на клетку. — Там все по-взрослому, ты же знаешь.
— Точно хочет, — отозвался я. — И прекрати говорить так, как будто меня здесь не существует.
— Ну что ты, ты очень даже существуешь! — горячо проговорила Афина, а затем громким шепотом добавила: — Возможно, недолго, но тем не менее…
Как воспитанные люди, мы с Юсуповым сделали вид, что не заметили этого бубнежа.
— Как тебя представить-то, сладенький? — спросила Афина, придя к какому-то решению.
— Юрист, — отозвался я.
Афина нехорошо прищурилась:
— Юрист? Змий, если ты приволок полицейского…
— То мне ничего за это не будет, — спокойно сказал Юсупов. — В следующий раз подумай хорошенько, прежде чем пытаться мне угрожать, пусть даже и в шуточной форме.
Афина захлопнула рот на полуслове так, что даже зубы клацнули. Но долго молчать она явно не могла:
— Ну и по каким темам ты юрист? — с легким ехидством спросила девушка.
Я оскалился в своей лучше рабочей улыбке и ответил:
— По особо тяжким.
— Посмотрим, будешь ли ты таким же веселым и заводным под конец вечера, — вздохнула Афина, покачав головой.
Затем девушка щелкнула пальцами, и к нам подскочила официантка с папочкой наперевес.
— На вот, почитай отказ от всяких претензий на случай тяжелых телесных или летального исхода.
— Ты посмотри, действительно все по-взрослому, — усмехнулся я, просматривая текст.
Ничего особенного там не было: если вдруг что, то никто ни к кому не в претензии, денежки дают наличностью сразу по окончании боя, магия исключена полностью — все бойцы надевают блокираторы. Каждый участник проводит до трех боев за ночь. Победитель определяется одним из вариантов: нокаут противника, добровольная сдача, технический нокаут.
— Технический нокаут? — удивился я.
— Это когда один из бойцов не может физически продолжать бой, — пояснил Юсупов.
— Да, например, если переломаны руки и ноги, — широко улыбнулась Афина.
— Я не спрашивал, что это, я удивился фактом наличия, — ответил я, ставя подписи под документом.
— Ну мы же не звери, — возмутилась Афина, сцапав мои бумаги. — У нас честный бизнес!
Алмаз хохотнул, я тоже улыбнулся, но девушка сделала вид, что не заметила наше ехидство.
— Тебя пригласят, — сказала она, поднимаясь из-за нашего столика.
Посмотрела на меня еще раз внимательно, покачала головой и ушла.
— Она в тебя не верит, — сказал княжич.
— Я заметил. И мне все равно, — ответил я.
— У Афины потрясающая чуйка на бойцов. Она всегда комбинирует очень интересных противников. Но в твоем случае она ошибается, и я хочу на это посмотреть.
«И посмотреть, и пощупать, уж говорите прямо, Алмаз Маратович», — подумал я.
Но вместо этого решил выяснить что-то более важное:
— Кто она? Хозяйка?
— Нет, что ты. Управляющая.
— Она? — удивился я.
— Тю, ты не смотри, что баба. Возможно, именно потому, что баба, так хорошо и работает. Кому надо — девчонку подложит, кому надо — баблишка занесет. А кому надо — коленную чашечку прострелит и не поморщится.
— Интересно… А кто хозяин? — спросил я без особой надежды.
— Не знаю, — равнодушно пожал плечами княжич. — Вроде кто-то из наших, но клубу уже скоро лет десять, до сих пор никого не поймали за руку.
Не то чтобы мне было сильно интересно, на чьей я территории собираюсь бить лица, но будет максимально неловко узнать, что это все принадлежит кому-то из Императорской фракции.
Впрочем, это не моя головная боль…
Спустя полчаса, за которые Юсупов успел ополовинить графин и подчистить пару тарелок с закуской, а я уже начать трезветь, к нам в очередной раз подошла официантка.
— Господина Юриста ожидают, — сказала она негромко мне на ухо.
Я кивнул Алмазу и поднялся на ноги. Тот молча кивнул мне, не тратя время на бессмысленные напутствия.
Меня отвели в небольшую комнату, похожую на гримерку, разве что не было зеркала с лампочками. Вешалка для вещей, диван, небольшой столик, бутылка с водой, туалет — вот и весь интерьер.
Я повесил пиджак на плечики, расстегнул пуговицы на манжетах рубашки и принялся закатывать рукава. Одежда к бою, прямо скажем, не располагала, но одеваться в предложенные заведениям красные труселя у меня не было ни малейшего желания.
Я даже успел немного заскучать, когда в дверь без стука ворвалась Афина.
— Готов?
— Как видишь.
Девушка пожевала губами и вздохнула:
— Мне это не нравится, но я доверяю Тугаринской чуйке. Как правило, она его не подводит. Мне все равно, зачем тебе нужны деньги, но ты наверняка в очень скверной ситуации, раз пришел сюда. Но если вдруг что… помни, что никакие деньги не стоят проломленной башки. Если поймешь, что не тянешь — сдавайся. Пять минут позора на арене иногда стоят возможности ходить.
Я понимал, что она говорит о чем-то глубоко личном, поэтому благодарно кивнул:
— Я тебя услышал. Спасибо.
— Тогда вперед! — оскалилась Афина, защелкивая на моих запястьях блокираторы.
