Глава 1
426 год от основания Империи
Соладар
- Алда! – крик разорвал тишину императорских покоев, – Алда, где ты?! – Элхарт,
проснувшись и не найдя рядом своей супруги, пытался звать её, но та не отвечала. Целых
несколько минут он метался между сном и явью, между прошлым и будущим. Несколько
минут он пытался разглядеть во тьме покоев лицо жены. И лишь когда он пришёл в себя, Элхарт услышал в голове голос Балора:
- «Она умерла, Эл. Ты должен смириться».
И вновь безжалостная память показывала ему белое, как снег, лицо Алды, которое
укрывает саваном Корус. Эл пытался остановить старого генерала. Приказывал ему,
просил, умолял, чтобы тот оставил его жену в покое. Элхарт не понимал, что именно в тот
день она обрела настоящий покой. Вечный покой. Но Элхарт навсегда его лишился. И
сейчас, сидя в их навсегда опустевшей кровати, Эл прошептал те же слова, что говорил
ему Балор в тот день:
- Она умерла.
Алды не стало, и он должен был с этим смириться, но Господи, как же это было тяжело
сделать! Каждый раз после пробуждения он тянул руку на пустую часть кровати, в
надежде, что она будет спать рядом с ним. Работая в своём кабинете, Элхарт всегда ждал, что вот-вот тяжёлые двери распахнутся, и в них буквально впорхнёт его жена, которой
неожиданно взбрело в голову сказать ему, что она любит его. Каждый раз, когда он
приветствовал людей в тронном зале, он то и дело оглядывался влево, туда, где стоял трон
его императрицы. Её взгляд всегда удерживал его от ошибки. Но теперь трон Алды был
пустым, она больше никогда не войдёт в его кабинет и не обнимет своего мужа, а эта
проклятая кровать всегда будет холодна, как мрамор.
- К чёрту все это! – пробормотал Элхарт, вставая с кровати. Если этой ночью ему не
суждено было уснуть, то он хотя бы проведёт это время с пользой для государства.
Пройдя в абсолютной темноте покоев к дверям, Эл выглянул в коридор. Как всегда, там
стояли двое стражников из гвардии дворца. Каждый из них был одет в лёгкие доспехи с
синим орлом на нагруднике. Ангатары – так их называли, это звучало как «Верные» на
языке древних Катаров. На миг император задумался о том, какая же ирония скрывалась в
этом названии, ведь именно предательство «Верных» принесло смерть человеку, который
раньше жил в этих покоях.
- Брат? – один из стражей посмотрел на Элхарта. Ещё один "привет" из прошлого.
Император для ангатаров всегда будет братом, ведь они присягают кровью на служение
ему. Это обращение никогда не нравилось Элу, но в последние годы у него было слишком
много других проблем, чтобы бороться с глупыми традициями.
- Приведи слугу, пусть разожжёт огонь в моём камине, – сказал он ангатару, и тот, кивнув
своему правителю, двинулся вперёд, к покоям слуг, которые жили в нескольких десятках
шагов от спальни императора. И спустя пять минут в покоях Элхарта уже уютно
потрескивал огонь в камине, а также неярко горели несколько свечей. За окном царила
кромешная тьма, а его комната стала небольшим оплотом света. Это сравнение
понравилось Элхарту, и, усевшись за стол, он даже решил его записать. Ведь это
сравнение как нельзя точно показывало то положение, в котором оказалась страна. В
покоях императора царил свет просвещения и науки, а почти вся Катарская Империя
тонула в темноте невежества и насилия.
Пять лет он правил этой страной, и за эти пять лет Элхарту удалось разжечь лишь
несколько огоньков, но нужно было больше, гораздо больше. Он, как император, просто
обязан был втащить рычащую и упирающуюся страну в эру просвещения, но как ему это
сделать?! Как вернуть империи её былое величие? Балор, его ближайший друг и первый
советник, советовал Элхарту искать ответы в прошлом. Это был разумный совет, ведь в
своё время Катарская Империя была маяком света и просвещения для всего мира. Но что
таило в себе прошлое? Империя строилась на крови, предательствах и убийствах, и
Элхарту совсем не улыбалось повторять путь первых императоров, ведь, восходя на трон, он обещал людям, что никогда более правитель не будет врагом для тех, кем он правит.
Неожиданно в памяти возникли слова одного из историков, с которым Эл беседовал о
чудовищно низком уровне знаний среди простых людей. Этот человек рассказал ему об
Урасиле Втором, довольно жестоком правителе, который решил эту проблему весьма
необычным образом. Он открыл сотни школ по всей империи, и каждый человек обязан
был раз в неделю посещать их, чтобы из грязных крестьян становиться настоящими,
образованными гражданами великой страны. Разумеется, эти школы оставались бы
пустыми, ведь обычный крестьянин или шахтёр скорее потратят эти несколько часов на
выпивку и шлюх, нежели на учёбу, но Урасил нашел, как заинтересовать людей в
посещении школ. В каждом селении должен был быть определённый процент людей,
прошедших хотя бы начальное обучение, и если такового не находилось, то деревня,
городок или даже крупный город облагались ощутимым налогом.
Конечно же, такая политика приводила к множеству бунтов и восстаний, но что, если
вместо наказания тем, кто не желает учиться, давать поощрение тем, кто будет посещать
