В огромном соборе сидело около ста человек. Все они постарались устроиться как можно дальше друг от друга, как будто такая разобщенность приближала их к Богу.
Чессер пришел сюда не молиться. В последний раз он произнес слова молитвы, когда ему было пятнадцать. Он смотрел вверх и испытывал при этом невольное уважение к гению строителя – Кристофера Рена, а в это время Марен пробиралась вдоль длинного ряда скамеек.
– Мы договорились встретиться снаружи. В половине второго, – он ответил негромко, но великолепная акустика собора усилила его голос, и он прозвучал гулко. Говорят, что здесь слышно, как падает слеза.
Несколько стариков повернулись в их сторону, всем своим видом выражая неодобрение.
– Тсс, – шикнула на него Марен и продолжала шепотом: – У меня подозрение, что ты тут с кем-то встречаешься.
– Так и есть.
– С кем?
– Ты его не знаешь.
– Это имеет отношение к нашему проекту?
Чессер кивнул. Он собирался рассказать Марен об Уотсе, но потом. Уотс был его главной надеждой, но он сомневался, получится тут что-нибудь или нет.
– Я хочу участвовать во всем, – заявила Марен. Чессер пожал плечами. Он взял с подставки молитвенник и принялся без всякой цели листать страницы. Одна страница была оборвана, и ему в голову пришла кощунственная мысль, что кому-то понадобился клочок бумаги, чтобы выплюнуть жевательную резинку.
– Я поговорила с Милдред, – сказала Марен.
– Ну и что говорит Жан-Марк? – спросил Чессер, хотя его это не слишком интересовало.
– Я говорила не через нее, а с ней.
– А-а.
– Она нам поможет.
– Ты, надеюсь, не говорила ей о наших планах?
– Не все.
Чессер закрыл глаза и покачал головой.
– Не волнуйся, – успокоила его Марен. – Мы можем ей полностью доверять. Если кому-то на этом свете я могу доверять полностью, то это Милдред.
Чессеру показалось, что это камень в его огород, и он решил уйти от этой темы. Если Марен не сказала ни слова об его измене, то это вовсе не значит, что ей ничего не известно.
– Милдред не расскажет об этом ни одной живой душе, – с уверенностью заявила Марен. – Ты ей веришь, ведь правда?
С минуту Чессер задумчиво смотрел на алтарь. Потом кивнул.
Марен была этим очень довольна.
– Я все время забываю, что ты ее никогда не видел. Она так много говорит о тебе. Я сегодня с ней обо всем переговорила.
Она придвинулась к нему поближе и взяла его руку в свою.
– Мы можем получить очень нужную помощь. Милдред обещала связать нас с кем-нибудь с той стороны, чтобы он руководил нами.
– А как насчет твоего китайца? – спросил Чессер, имея в виду ее невидимого покровителя.
Марен бросила на него испытующий взгляд. Она ни разу не вспомнила о потустороннем восточном духе с тех пор, как стала общаться с Милдред. Теперь она оглядывалась с таким видом, будто ожидала его здесь увидеть.
– В последнее время он не давал о себе знать, – сказала Она, – и Билли Три Скалы тоже.
– А я-то всегда думал, что мы можем рассчитывать на доброго старого Билли, – вздохнул Чессер.
– Конечно, можем. Просто ему нужно было немного отдохнуть.
– Это точно. Всем необходим отпуск, даже мертвому индейцу.
Марен кивнула.
– Он будет рядом, когда он нам потребуется.
– Может быть, они оба тебя покинули?
– Нет, – с уверенностью сказала она. – Они будут следить за мной до самого конца.
Чессер заметил Уотса, который шел от алтаря по ближнему проходу. Очевидно, он вошел через боковой вход. Он оглядывался в поисках Чессера, и тот помахал ему.
Уотс заметил его. Подошел к концу ряда, помедлил, затем приблизился и сел рядом с ними.
Чессер и Уотс пожали руки. Чессер почувствовал, какая у него сухая кожа. Он представил Уотса Марен. Она приветливо улыбнулась, а ее глаза внимательно рассматривали тихого, ничем не примечательного человека. Она представляла его совсем другим: очень сильным и опасным. Уотс мягко улыбался, почтительно глядя на ее молодость и красоту. Чессер сразу приступил к делу.
– У меня к вам есть одна просьба.
– Да, сэр.
– Даже две. Первая: давайте проще, без всяких «сэров».
– Хорошо, – согласился Уотс, слегка смущаясь.
– Я думал о вашем друге, – сказал Чессер.
– О каком друге? – Уотс чуть было снова не прибавил «сэр».
– Вы говорили мне о нем тогда, в отеле «Коннахт». О том, которому осталось жить всего несколько месяцев.
Уотс и бровью не повел.
– И что вы думали о нем?
– Мы могли бы быть полезны друг другу.
– Полезны?
– Да. Из того, что вы мне рассказали, я понял, что у вашего друга возникли финансовые сложности из-за бесчеловечных правил, принятых на фирме, где он работает.
Уотс кивнул.
Чессер сунул руку в карман пиджака. Достал сложенный пополам чек. Развернул его и положил себе на колено. Чек был подписан М.Дж. Мэтью. На сумму двести тысяч долларов. Получатель – Чарльз Уотс.
Уотс долго смотрел на эту бумажку.
В этот момент Чессер решил, что отдаст ему чек в любом случае, независимо от того, согласится ли он сотрудничать или нет.
Увидев на чеке свое имя, Уотс не мог не понять, что для Чессера не секрет, кто же этот друг. Но он продолжал придерживаться этой версии. Так было удобнее для обоих. Он спросил:
– Как мой друг может помочь вам?
