Эдмонд Уэллс объясняет подробнее, в чем будет заключаться моя новая работа. Три души, инкарнированные в людей, будут переданы на мое попечение. А я должен сделать так, чтобы хоть одна из них эволюционировала до 600 пунктов и вышла таким образом из цикла реинкарнаций. Я должен наблюдать за этими тремя земными жизнями, сопровождать их и помогать им. После их кончины я должен буду выступить их адвокатом на Страшном суде трех архангелов.
– Как только что Эмиль Золя защищал меня?
Эдмонд Уэллс кивает.
– Благодаря своему успеху Эмиль Золя может перейти на более высокий уровень развития ангелов.
Теперь я понимаю, почему Золя был так настойчив на суде и вышел таким окрыленным.
– А что это за «более высокий уровень развития ангелов»?
Мой наставник поясняет, что на каждом этапе я буду получать особые сведения. Если я хочу быть посвященным в более высокий мир, мне необходимо сперва преуспеть в карьере ангела.
Продолжая беседовать, мы достигаем конца туннеля. Выход из него залит таким же синим светом, как и вход. Перед нами простирается страна ангелов.
Я любуюсь огромной панорамой, открывшейся взгляду.
– Ты не обязан ходить по поверхности, – объясняет Эдмонд Уэллс. – Здесь нет силы притяжения, а сами мы не материальны. Ты можешь перемещаться в пространстве куда хочешь и как хочешь.
Если бы поверхность не была полупрозрачной, с молочным оттенком, можно было бы подумать, что находишься на «нормальной» человеческой территории.
Эдмонд Уэллс указывает мне несколько ориентиров.
– На западе раскинулась равнина, где ангелы прогуливаются, когда хотят пообщаться друг с другом.
На севере – крутые горы с огромными пещерами, где ангелы могут побыть в одиночестве, когда они не хотят, чтобы их беспокоили. Пойдем поднимемся.
Отсюда местность чем-то напоминает глаз. Посередине длинной белой миндалины находится круг бирюзового цвета, похожий на радужную оболочку. Это лес голубовато-зеленых деревьев.
А в середине этой оболочки, как блестящий зрачок, находится черное озеро. Но в отличие от человеческого зрачка озеро не круглое. Оно имеет форму… сердца. У меня такое впечатление, что Рай – это бирюзовый глаз, глядящий на меня черным зрачком – сердцем.
– Это озеро Зачатий, – говорит Эдмонд Уэллс.
Мы приближаемся к этому месту. Окружающие его бирюзовые деревья похожи на сосны с густыми и плоскими вершинами.
Под деревьями видны ангелы. Чаще всего они сидят, поджав ноги, в метре над поверхностью, под ветвями. Перед ними три сферы, расположенные в форме треугольника. Ангелы их рассматривают с видимым интересом. Некоторые нервничают, другие возбуждены, и то и дело смотрят то на одну, то на другую сферу.
Тысячи ангелов расположились так на протяжении многих километров. Я рассматриваю их, но мой инструктор тянет меня выше.
– А что это за деревья?
– Это не совсем деревья, они улучшают прием и передачу волн с Земли и обратно.
Он делает резкий вираж. На юге я вижу долины, где ангелы собираются на свои собрания.
Мы меняем направление. На востоке находится другой вход, сияющий отблесками зеленого бриллианта. Все там полупрозрачное и светящееся, в бликах отражений. Черная вода озера, бирюзовые деревья, перламутрово-белая поверхность.
– Сапфировая дверь является входом в страну ангелов, это через нее ты пришел.
Эдмонд Уэллс указывает на сияющий зелеными вспышками грот на востоке.
– Изумрудная дверь – это выход. Через нее ты уйдешь, когда выполнишь свою задачу ангела. Давай побеседуем на западной равнине. Я знаю там тихий уголок, где мы сможем удобно расположиться.
Первый урок Эдмонда Уэллса посвящен секретам цифр. Он объясняет, что форма цифр, используемых на Западе, индийского происхождения и она указывает на ход развития жизни. Горизонтальная черта обозначает привязанность, кривая – любовь, пересечение – выбор.
1: минерал. Простая вертикальная черта без изгибов и горизонтальных черт. Ни привязанности, ни любви. У минерала нет чувств.
2: растение. Линия привязанности к земле: корни, удерживающие растение на почве. Наверху кривая любви, повернутая к небу: листья и цветы любят свет.
3: животное. Две кривых любви. Животное любит землю и любит небо. Но нет горизонтальной черты, оно ни к чему не привязано. Поэтому оно раздираемо лишь своими эмоциями.
У меня такое ощущение, что я уже слушал эти объяснения. Почему мне их повторяют? Или меня за дурака считают?
