В загадках нежданно прерванного обеда оставалось только два нюанса: почему знаменитая демонесса таки спасла своего раба и почему не оказала помощи в спасении своих ближайших наперсниц? Но на фоне всего остального данные загадки выглядели сущими пустяками.
Еще немного посидев за столом в гордом одиночестве, Бинала Харицзьял интенсивно обдумала свои предстоящие на сегодня действия. При этом она несколько отстраненно продолжала насыщаться разнообразными фруктами: за своим правильным и довольно усиленным питанием принцесса следила с особым тщанием. Приняв напоследок твердое решение наведаться к своей тактической союзнице немедленно, она позвала дворецкого и своих служанок:
– Подать карету для выезда! А вы немедленно переоденьте меня в охотничий костюм! – И когда все вокруг нее засновали с лихорадочным рвением, тихонько пробормотала себе под нос: – Взгляну, что она там украла, и потороплю с соблазнением телохранителя. Пусть эта стервочка поработает для моего блага.
Демонические рыцари оказались чуть ли не наглее, чем человеческие. Потому как не только обиделись по поводу нежелания проезжих путников сражаться, но и вознамерились некоторыми оскорблениями все-таки затеять свару. Как говорится, «не мытьем, так катаньем», но поединок спровоцировать попытались. В ответ маркиза Фаурсе повела себя исключительно жестко и единственно верно. Грубо напомнила, что с экипированными воинами и их предводителями никакой демон вообще не имеет право не только заговаривать, но и к ним приближаться. Потом словно вскользь заметила, что их чрезвычайно важное задание не позволяет им и на минуту задержаться в пути. Но в финале своей речи перешла на угрожающий тон и твердо пообещала:
– Вам подобные выходки так просто не пройдут! Раз нарушаете негласные законы нашего мира, будете наказаны в обязательном порядке!
Один из демонов попытался было возразить:
– Но у нас тут свои правила и законы рыцарской чести.
На что свой усиленный голос из другого мира подал Загребной, который прекрасно запомнил нужные сведения со слов барона Катизера:
– Правила этой долины можете выдумывать какие угодно, хоть голыми задницами друг друга пугать перед боем! Но вот проходящих пеших путников лихим словом задевать права не имеете!
И еще во время произнесения этих слов ударил вокруг себя в полную силу эманацией страха и сомнения. Можно было предположить, что большинство рыцарей демонического мира имели и начальные уровни Шабенов, и амулеты, и врожденные навыки защиты против подобных воздействий. Но эффект вмешательства человека, Шабена с очень высоким уровнем, сказался незамедлительно: не успели путники пересечь огромное поле, как рядом с ними не осталось даже единственного желающего поучаствовать в дуэли.
Что со смехом и прокомментировала демонесса, взбираясь на своего больева:
– Никого! Так ты армию из «наших» никогда не наберешь.
– Не забывай, армии у нас есть: и в Саламбаюре, и в Мраке.
– Ага! Но и ты не забывай, что они очень нужны твоим детям. Скорее всего, им самим не хватает должного количества преданных войск. Да и вообще, пора тебе уже научиться правильно оперировать названиями государств.
– Что не так?
– Если ты упоминаешь армию своей дочери с привязкой к государству, то следует говорить не Саламбаюр, а Империя Зари.
Семен хотя и многозначительно хмыкнул от таких нравоучений, но и сам не смог сдержать счастливой улыбки:
– Ты знаешь, я до сих пор никак не могу привыкнуть, что Виктория – королева. А тут уже новые изменения – императрица! Язык не поворачивается так мою мармеладку называть.
– Вот сразу и привыкай к новому обращению, – посоветовала демонесса и осмотрелась по сторонам. – Ладно, если тебе нравится ехать шагом, то я мчусь вперед, гляну, что там и как.
– Да нет, это я просто задумался, – спохватился граф и пришпорил своего коня, переводя его на рысь. – Нас ждет Федор и королевство Колючих Роз!
Хоть на такой скорости было и неудобно спрашивать, но от Люссии донеслось:
– А что ты о нем чувствуешь?
– Очень странные ощущения. Словно Федор бросается в крайности: то в какое-то феерическое удовольствие, то в пыточную камеру ужасов. Во время ужина постараюсь еще раз прислушаться более внимательно.
