Руслан почувствовал, что ещё немного, и его просто разорвёт от этой неслыханной наглости. Позариться на его Раската! На его лучшего, самого дорогого коня! Ну знаете ли…
Несмотря на распирающую злость, он неторопливо спешился, вошёл в круг, встал против противника и, не спуская с него глаз, стал стягивать белые перчатки.
Терпение быстро покидало Илью. Напыщенный оскал превратился в гримасу сильного недержания, пока граф преспокойно снимал длинный сюртук и складывал в него цилиндр и перчатки. Каждый из присутствующих был охвачен необъяснимым новым ощущением. Каждый чувствовал, что вот
– Отвечаешь шкурой, – отрезал граф, сунув одежду одному из троицы фехтовальщиков, и вынул из ножен шпагу.
– Ох-ох, какой серьёзный! – прокудахтал Илья, хотя уверенность его непроизвольно дала заднюю. – А может, с последующей рукопашной, а?
– Запросто.
По всему кругу раскатились восхищённые аханья, и это ещё больше разозлило Илью. Он выхватил шпагу с потёртой рукояткой, встал в оборонительную позу и демонстративно поковырял языком в зубах.
– Ну? Нападайте, ваш-сятельство!
Его напарники слились с толпой, и люди немного расступились, расширив круг.
Первым нападать Руслан не собирался. Так и стоял, расправив плечи и держа наглеца под прицелом шпаги в вытянутой руке. Ярость накаляла его изнутри, хоть внешне он и казался спокойным. Чем отчётливее всплывали в памяти слова о коне, тем сильнее нагревалась рукоять шпаги. Он крепче сжал её в кулаке. Не хватало ещё, чтобы ладонь вспотела и оружие выскользнуло. Самоконтроль!
Илье надоело ждать. А то, граф ни разу не поддался на его провокации, взбесило его настолько, что мещанин и думать забыл о демонстрации своего мнимого превосходства. Взревел и помчался в атаку.
Руслан отлично владел фехтованием и с лёгкостью отражал нападения, но и Илья, стоит отдать ему должное, владел шпагой весьма умело. Он напористо атаковал, маневрировал, с завидной реакцией ставил блоки и пару раз едва не выбил оружие из руки графа.
Рукоять шпаги отдавала нарастающим, каким-то даже приятным теплом. Всё тело наполнила позабытая с детства энергия, и Руслан рванул в атаку с новым её приливом.
Позариться на его Раската!
Со звонким ударом с клинка посыпались и тут же растворились в воздухе блёклые искры. Руслан оторопел, и его мимолётной слабостью непременно воспользовался противник. Граф парировал удар, отдёрнул шпагу и снова кинулся. И вновь клинок осыпал странные искры. Перестал обращать на это внимание и сосредоточился на нападении. Он вдруг почувствовал, что сейчас его не одолеет и целое войско вооружённых бойцов.
Очень скоро пронырливый соперник стал отступать. Два раза чуть не упал, едва удерживал уже в обеих руках шпагу, вспотел и жадно глотал воздух. Но мириться с неизбежным поражением не собирался. Он явно был не из тех, кто сдаётся, пока оружие ещё в руках, а земля под ногами.
И тут Руслан нанёс последний удар.
Почудилась бледная голубоватая вспышка, и со шпаги противника слетела половина клинка. Люди только и успели, что с аханьем разинуть рты.
Илья издал свирепый рык, выбросил жалкий остаток шпаги и кинулся на графа с кулаками. Руслан не успел ничего сообразить. Правая рука всё сжимала рукоять шпаги, а левая, подгоняемая рефлексом, сама сжалась в кулак и так заехала по лицу Ильи, что тот улетел за пределы вмиг разомкнувшегося круга, покатился по мощёному тротуару и как следует приложился лицом об бордюр.
…Ни Волхонский, никто из толпы не заметил, что зрителей стало на одного больше…
Руслан не успел опомниться, как услышал металлический звук.
– Ну уж нет, буржуй треклятый!
Это со шпагой наготове на него помчался напарник побеждённого. Руслан стал обороняться от нового соперника.
Снова искры. Едва заметные, блёклые, голубоватые. Новый противник не успевал занести удар, то и дело отскакивал и налетал на зрителей. Они толкали его в спину, он спотыкался и едва не падал.
Незаметно для себя Руслан вошёл в азарт и с лёгкостью выбил шпагу из вражеской руки. Нечестный соперник принял жалкую попытку поймать её на лету, но сегодня судьба однозначно благоволила графу Волхонскому. Парень споткнулся об весы с деньгами и кубарем свалился под ноги хохочущей толпы.
Последний из троицы бросил сюртук и рванул на графа с занесённой шпагой. Лязг клинков, голубоватая вспышка, удар кулаком, и наглец уже катится по тротуару.
Рёв толпы, наверное, услышал весь город. Руслан сам не понимал, что сейчас произошло, какими неведомыми силами он одолел трёх умелых бойцов, и что это были за искры и вспышки. Неужели настолько не рассчитал силу удара, что пострадало кованое железо?
В полной растерянности он провёл пальцами по клинку. Нет. Сталь цела и холодна, хотя минуту назад, он готов поклясться, была объята едва заметным в дневном свете голубым пламенем.
Все вокруг радовались и поздравляли его, как недавно Илью. Он, кстати, выплюнул из окровавленного рта пару зубов и до сих пор пытался подняться на ноги.
…Нового наблюдателя в перчатках и чёрном плаще с накинутым на голову капюшоном Руслан так и не замечал…
