— Что это сейчас чертовски много! — Я отстранилась от него и увеличила расстояние между нами. — Ты ворвался в город и захватил мою жизнь. Я не готова быть любовницей или кем-то там еще. Потому что если ты поэтому мне помогаешь, то прекрати!
— Валентина, я не помогаю тебе в обмен на что-либо. Я никогда не ожидал, что ты узнаешь о подрядчиках или проверках биографий.
— Или о мэре?
Он замер, даже не моргнув. Ах, так я застала великого Луку ДиМарко, черт бы его побрал, Бенетти, врасплох. — Да, я тоже об этом знаю, — сказала я.
— Я не буду извиняться за то, что напугал этого ублюдка. Так что не жди этого.
Я сжала руки и молилась о терпении. — Лука, это маленький город.
Черты его лица заострились, затвердели, грудь расширилась. — Это то, что ты обо мне думаешь, что я бандит?
— Тебя обижает само слово или определение? Потому что я могу найти другое слово, если ты хочешь.
— А как насчет того, чтобы вместо этого поблагодарить меня? — резко бросил он.
Я покачалась на каблуках, ярость была такой быстрой и яростной, что мне захотелось бросить в него чем-нибудь.
— Прежде всего, я поблагодарила тебя. И можешь идти на хер, если думаешь, что я позволю тебе завладеть моей жизнью, не сопротивляясь.
Лука сократил расстояние между нами, и я начала пятиться. Я не боялась его, но я никогда не спорила с гангстером. Они не славились своей рассудительностью.
Затем мой позвоночник ударился о твердую поверхность двери его кабинета.
Лука продолжал приближаться, его мускулистое телосложение становилось все больше, когда он прижимал меня к дереву, придавливая, как жука. Его горячее дыхание пронеслось у моего уха, когда он мрачно прошептал.
— Сражайся со мной сколько хочешь,
Я должна была быть в ужасе. Напугана до смерти и молить о пощаде.
Я этого не делаю.
В глубине души я знала, что он не причинит мне вреда. Не тот человек, который так заботился обо мне, когда я была пьяна. Кто убирал мою
Мне пришлось поверить, что Лука придерживался тех же правил.
Я замерла, ожидая, звук моего сердцебиения громом отдавался в моих ушах. Я не двигалась, но чувствовала его тепло и силу, окружавшие меня. Глыбы мышц и длинные конечности. Я была в ловушке, и мое тело, казалось, нисколько не возражало. Я вспомнила стол, его грубые прикосновение и блаженство его рта между моих ног. Я смягчилась под ним. Уступила.
— Вот и все, — сказал он, теперь тише. Соблазнительно. Он подтолкнул бедра вперед, и я почувствовала каждый дюйм его очень толстой эрекции у себя на животе. —
Моя нижняя половина сжалась, желание снова скользнуло сквозь меня. Одна большая ладонь приземлилась на мое бедро, в то время как другая покоилась на двери над моей головой. Слегка наклонившись, он качнул бедрами один раз, его ствол скользнул по моему холмику.
Ого!
Тепло искрилось в моих венах, а мой набухший клитор пульсировал. Внезапно я почувствовала, что не кончала только что на его стол. Стон сорвался с моих губ, когда я наклонила бедра, чтобы почувствовать его больше.
Он промычал горлом. — Видишь? Нам будет так хорошо вместе, красотка. Ты позволишь мне трахнуть тебя, позволишь мне быть первым членом внутри этой великолепной киски.
Я схватилась за свои немногие функционирующие мозговые клетки, чтобы сказать:
— Ты перестанешь вмешиваться?
— Никогда.
Придурок. — Тогда скажи мне, почему ты в Нью-Йорке.
— Бизнес.
— Мафиозный бизнес.
— Для такого человека, как я, нет другого вида бизнеса.
Я схватила его за галстук и крепко держала. — Будь конкретнее. Какой мафиозный бизнес у тебя в Паесано?
— Ты не можешь думать, что я действительно скажу тебе. Есть правила,
Вот почему моя мать так и не вышла замуж за моего отца, почему она не хотела иметь с ним ничего общего. Ложь, обман, увертки. А Лука
— Мы не можем больше видеться. И я не хочу, чтобы ты был связан с моим рестораном.
— Ты думаешь, это конец? Я бы тебе не поверил, даже если бы ты сейчас не терлась об мой член. — Смутившись, я попыталась отстраниться, но идти было некуда. Он поймал меня в ловушку.
