МакКаммон и Serch были вне себя, узнав о случившемся. «Это было ровно то, что мы тогда придумали, – вспоминает МакКаммон. – Тот самый цвет, двадцатидвухдюймовые колеса. Они сделали это, и Serch прислал мне записку в духе: «Что за хренотень, как это вообще?» Он был в полном ауте»[304]. Говоря по справедливости, Jay Z имел полное право связать свое имя с любым автомобилем, с каким пожелает, особенно учитывая, что проект по созданию «Джипа Jay Z» провалился не по его вине. Что больше всего разочаровало Беррина, это сама суть сделки с GM: хотя автомобиль был представлен как концепт-кар, который через пару лет стал бы звездой шоурумов, создания Jay Z-версии Yukon не планировалось. «Ему неплохо заплатили за выход из той машины, но дальнейшего сотрудничества это не подразумевало, – говорит Serch. – Они даже на автомобильном шоу его не показывали. Это было просто позерство, исключительно ради эффектного появления».
GM были заинтересованы в сотрудничестве с Jay Z по двум причинам: чтобы прорекламировать Jay Z Blue как вариант расцветки для других машин и чтобы завоевать популярность среди миллионов поклонников Jay Z. В отличие от Chrysler в 2005 году, GM в 2007-м прекрасно осознавали ценность Jay Z для продвижения их продукта, независимо от его прошлого. «Глава GM это понимал», – говорит МакКаммон. Но чего он не понимал, по мнению Serch, – того, что никто не будет покупать машину только из-за ее цвета. «GM думали, что куча людей тут же бросится в автосалоны и будут просить машину цвета Jay Z Blue: «А можно мне ту машину цвета Jay Z Blue?» – но покупка автомобиля происходит совсем иначе, – говорит Serch. – Машину нужно увидеть, потрогать. Любой настоящий автомобилист это знает. Их идея провалилась».
GM так и не создали линию автомобилей с именем Jay Z, и к 2008 году идея Jay Z Blue повторила судьбу водки Armadale. Но это не означает, что сотрудничество Jay Z с Детройтом было неплодотворным. Да, Chrysler не заключил сделку по Jeep, убив тем самым идею проекта Jay Z Jeep, а GM так и не создал специальную линию Yukon. Но в итоге Jay Z получил немалую сумму за свой выход из внедорожника (Serch говорит, что, по слухам, это семизначная цифра[305].)
Наверное, в тот момент они со Стивом Стаутом понимали, что у Jay Z Blue все равно нет будущего, и решили получить максимум возможного с помощью Yukon. Как говорит Уоррен Баффет, «если вы оказались в хронически протекающем судне, энергия, направленная на замену судна, скорее всего, будет более продуктивной, чем энергия, направленная на залатывание дыр»[306]. Jay Z предусмотрительно не стал тратить много времени на последнее.
«Идея была отличная, она широко освещалась в СМИ и была окружена шумихой, но я не знаю, кто собирался платить ему за использование этого цвета, – говорит специалист по закупке рекламных площадей Райан Шинман. – Он просто исчез, и никто не акцентирует на этом внимание, потому что это Jay Z и он умеет рисковать. Думаю, все понимают, что у него есть умение пробовать разные вещи, выбирать бизнес-модель, а затем менять ее»[307].
Быть может, Jay Z не забыл об обреченном на забвение автомобиле. В начале 2010 года папарацци видели, как он заехал за своим другом Канье Уэстом на серебристом четырехдверном Jeep Wrangler, вместо того чтобы, как обычно, расположиться на пассажирском сиденье своего Maybach[308]. Это появление произошло через несколько месяцев после выпуска
Была ли эта отсылка ничего не значащей фразой? Была ли она завуалированной метафорой, намекающей на неудавшуюся сделку с Chrysler? Или же это сообщение о приближении следующей сделки? В песне нет ответов на эти вопросы, есть лишь предупреждение: Y’all should be afraid of what I’m gonna do next («Опасайтесь того, что я сделаю дальше»).
На пустой трассе Формулы-1, в тени средневекового замка в двух часах на запад от Франкфурта, около ста тысяч человек собрались на двадцать шестом ежегодном немецком музыкальном фестивале Rock am Ring. Среди представителей тяжелого рока – постоянные участники фестиваля легендарный гитарист Слэш и группа Rage Against the Machine. Однако к моменту, когда солнце скрылось за холмами, к появлению на сцене готовятся совсем другие исполнители.
Скромная барабанная установка предыдущей группы заменяется на целую батарею барабанов и тарелок, а перед ними выстраивается небольшая группа гитаристов и трубачей. Пока включаются микрофоны, на огромном кране над сценой появляются три параллельные красные линии. Загораются прожекторы, и шум толпы затихает.
– Uh uh, uh uh, – раздается где-то за сценой. – The dynasty continues.
