Империя Jay Z: Как парень с улицы попал в список Forbes полностью

Несмотря на масштабы поединков Jay Z, мало кто из его товарищей по бруклинской школе Джордж Вестингауз знал о них. «Я помню его тихим, аккуратно одетым парнишкой, – говорит Карлос Р. Мартинез, который знал Jay Z по школе Вестингауз и сейчас работает тюремным надзирателем в Бруклине. – В общем-то, это все»[32]. Будущий магнат разговаривал тихо и мягко, когда не читал рэп. «Он был умным рэпером, но не любил говорить об этом, – вспоминает Билли Вальдес, бывший одноклассник Jay Z, а ныне – музыкальный продюсер в Нью-Джерси, – он занимался этим по-тихому, очень скромно»[33].

Одноклассники Jay Z были слишком заняты своими собственными проблемами, чтобы интересоваться домашней ситуацией тихого мальчика с музыкальными способностями. В то время Вестингауз была одной из самых опасных школ Нью-Йорка. Сальвадор Контес учился в Вестингауз в одно время с Jay Z, а затем в течение тринадцати лет преподавал в ней. Он помнит разбитые окна, прокуренные лестничные клетки и всеобщий страх за свою безопасность. «Входя в мужской туалет, ты оказывался в темноте. Находясь в этой кромешной тьме, ты знал, что там что-то происходит, но не видел этого, – говорит он. – Никто не хотел рисковать. В туалете тебя могли ограбить, и ты бы не узнал, кто это сделал. Так что все старались терпеть до последнего»[34].

Jay Z скрывался от опасности, проводя почти все время в ярко освещенном кафетерии школы. Там он оттачивал свое мастерство, читая рэп под ритмы, которые выстукивал на столе. Его одноклассники стали обращать на это внимание. «Заходя в кафетерий с левой стороны, его всегда можно было увидеть сидящим на одном и том же месте, – вспоминает Контес, – буквально всегда». Здесь он принимал участие в словесных поединках с другими талантливыми рэперами – в числе выпускников Вестингауз the Notorius B. I.G. и Busta Rhymes, – а его одноклассники наблюдали. «Это всегда была битва за звание лучшего, – говорит Контес. – Для нас было настоящим разочарованием, если битвы не было».

Jay Z так и не закончил школу – отчасти благодаря влиянию своего школьного друга Дехейвена Ирби, который жил в квартире напротив в Марси. Они каждый день ходили вместе в школу, а еще они оба были частыми гостями на асфальтированных баскетбольных площадках Бруклина. «Его игра не была агрессивной, – поведал мне Дехейвен, коренастый экс-заключенный, за молочным коктейлем в Dallas BBQ в Нижнем Бруклине. – У него был хороший удар, но он не из тех, кто просто гоняет мяч. Казалось, что он очень долго анализирует ситуацию, прежде чем что-то предпринять. Думаю, он и сейчас придерживается этой тактики»[35].

В 1988 году Дехейвен переехал в Трентон, Нью-Джерси, к своей тете. Его тренер по баскетболу из Вестингауз предлагал устроить так, чтобы его взяли в команду местной школы, где программа была лучше, чем в Вестингауз. Но Дехейвен очень скоро бросил занятия, соблазненный возможностями, которые сулил мир наркоторговли. В поисках бизнес-партнера он обратился к своему старому другу Jay Z.

«Я сказал ему: «Эй, ты нужен мне здесь, здесь есть деньги, и мы можем их получить», – говорит Дехейвен. – Для него уже все было готово еще до приезда. Я уже всем в Трентоне рассказал о нем. Я говорил всем, что этой мой [родной] брат»[36].

Так восемнадцатилетний Jay Z стал каждые выходные приезжать в Трентон. В конце концов, в семье Дехейвена привыкли к его присутствию; в скором времени он перебрался туда насовсем. Мать его не удерживала. «Уже в пятнадцать-шестнадцать лет я был вполне самостоятельным, – говорит Jay Z. – Мать не стала меня ограничивать, но она сделала для меня лучшее, что могла, дав мне возможность искать себя. Она держала меня на длинном поводке»[37].

Эту свободу Jay Z использовал для того, чтобы обучиться чему-то, что могло бы принести практическую пользу. Дехейвен научил его всему, что знал о местном рынке наркотиков – по выражению самого Jay Z, «Дехейвен ввел меня в игру»[38], – и вскоре он уже торговал кокаином на улицах. У него была четкая политика по получению прибыли, и местные быстро это заметили. «Они знали, что его интересует только бизнес, – вспоминает Дехейвен. – никаких скидок, то есть он получал свои деньги полностью. Полностью. Если продукт стоил десять долларов, то за девять долларов его купить было невозможно… Многие считали его скупым».