— Так вот, приносят нам сиротку из стекольщиков, надо доставить её до гильдейских. Родителей её орлы унесли, а малышка спаслась под телегой, — рассказывает Приска. — Не бесплатно, конечно, там имущества на полтора золотых было с ней, наследство. Отец и взял на себя эту мороку. А следом приходит такой красивый мужественный барон, откуда-то из задницы мира и даёт золотой! Представляете? Просто так! Мне, говорит он, не жалко золота на малышку. Ну, моя сестра на него и запала, и ночью к нему сбежала. Что там у них было, не знаю, но точно было, ведь сестра сейчас с брюхом ходит, а мужа у неё нет.
В голове моей всплыла похожая история, ещё когда я с Малосси ехал в столицу. Как мы подобрали на дороге под перевернутой телегой девочку из стекольщиков, родителей её как раз орлы унесли. Девочку мы отдали купцам для доставки в гильдию родителей этого ребёнка. Только золотых было два, от меня и от Бурхеса. Точно помню, ибо удивил меня старик тогда в первый раз. То жадный, а то расщедрился. И Малосси не рассказывал, что он купеческую дочь обрюхатил!
— А где это было? Случайно, не около монастыря единого? — спросил я у Приски.
— Да там, — обрадовалась она. — А ты откуда знаешь?
— Вот так совпало, что этот барон своё баронство имеет в моём графстве. И до сих пор он забыть не может твою сестру. Любит — сил нет! А как найти не знает! Даже готов второй женой взять! А как узнает, что отцом станет, так вообще золотом осыпет! Он такой. Щедрый!
— Да неужели? — прижала ладошки Приска к щекам. — То, что щедрый — это мы сразу поняли, а когда, а когда ты ему сообщишь? Я сегодня же письмо напишу сестре. А как, говоришь, его зовут?
— Малосси! Барон Малосси! — охотно сдал я негодяя, который украл у сиротки золотой. Ну и сестру Приски поимел, но за это я его не осуждаю, если сестра похожа на Приску, и я бы не удержался. — Садись рядом, поболтаем!
Приска села рядом, и я выяснил, куда пристроили сиротку, в каком городе она сейчас. А заодно вспомнил, что я забыл про другого сироту — Кастина, того, которого я у себя на яхте зайцем поймал, а потом пристроил в императорский пансион. Надо навестить парня. Свинота я бессердечная.
— Гарод, ты такой отзывчивый, о чужом ребёнке беспокоишься! — щебетала купеческая дочка Приска, поглаживая меня по руке. — Мои родители месяц назад были там, в гильдейском приюте. Жизнь там не сахар, конечно, но в будущем пристроят её в пансион гильдии, получит профессию, или замуж за мастера выйдет.
Я против поглаживаний ничего не имею, хотя Ульфина сексуальное напряжение сбросила уже. Вижу, Гревл из нашего десятка, на меня смотрит недовольно так. Они с Приской простолюдины из купцов, и, очевидно, только с ней у него есть шансы на пару. Но мне на его заморочки похрен. Не убудет от Приски, если граф её пару раз попользует.
— Ну что, к тебе или ко мне? — шепчу я девушке.
— К Гревлу, — ошарашивает Приска меня.
— А ты затейница! — с одобрением смотрю на неё я.
— Ой, Гарод, ты красавик, но такой дурак! Я к Гревлу, сплю я с ним, и замуж за него пойду! — веселится Приска.
— Ясно, просто мне показалось…, — ворчу я.
— Тебе показалось! Ты бы лучше к Ульфине сходил, она к тебе не ровно дышит, — советует девушка.
Иду домой, размышляя, чего я красавчик? И далась им эта Ульфина всем. А Малосси-то, негодяй, закрысил золотой, и бабу обрюхатил. Ничего, я ему устрою сладкую жизнь. А то граф слишком добр к нему, с того света его вытаскивал с помощью своего обелиска. «Граф — это я», — путаются мысли у меня в голове.
На выходных всем поднявшим ранг дают отгул, увольнение, выходной. Мой переводчик в голове каждый раз разные версии выдаёт. Естественно, первым делом я связываюсь с Малосси, плачу несусветные бабки, целых два золотых, чтобы сказать, что он мне должен один, ну и порадовать будущим наследником или наследницей от купеческой дочки. Малосси бекает и мекает, пока вместо него я не услышал голос Альфрики, его магессы:
— Барон лишился чувств.
— Ясень пень! Такая радостная новость! Жду его через пару-тройку недель в столице, будем свадебку гулять. И пусть заедет к моим девочкам, может они чего передадут с оказией, — командую я и тут же поправляюсь. — Отставить девочек! Общаться только с Пьон!
Знаю я и Милу и Ольчу, обе могут передать щенка, например, или попросить новую ткань на платье. А Пьон разумная, она передаст и попросит только то, что нужно. Так-с! Тут я гадость сделал, пора заехать к Кастину. Нанимаю экипаж, на этот раз — шикарный, по-другому нельзя, встречают по одёжке, ведь. В императорском пансионе смотрят на меня свысока. В школе нельзя носить графские цвета и знаки.
— Кто таков? — басит усач два метра ростом и с плечами как у штангиста.
— Граф, Гарод Кныш. Маг десятого ранга. Метнись кабанчиком и позови моего воспитанника! Кастин, первый год обучения.
— Чё, прям целый граф? — смотрит на меня усач и получает поддых, а затем по колену.
— Нападение на караул, — орёт он, пытаясь достать свою зубочистку.
Ну не зубочистку. Меч.
