Империя Хунну полностью

Относительно происхождения трех вышеприведенных в китайских летописях терминов в литературе существуют различные предположения. В А. Панов видел в слове яньчжи китайское калькирование тюркского ач — «женщина», «жена», «хозяйка»[568]; К. Сиратори[569] связывал его с тунгусским аси (жена), а Г. Сухбаатар[570] с монгольским esi (корень, клетка). Хуннское слово гуту К. Сиратори[571] и Г. Сухбаатар[572] возводили к монгольскому ko'ud (сыновья), а В.А. Панов[573] соотносил с близким по звучанию тюркским кот (сыновья). Относительно термина цзюйцзы (или дзюйцы, дзюйцы) все вышеупомянутые авторы (как и ряд других исследователей) полагают, что это китайская транскрипция древнетюркского кыз/кыс (девица, дочь)[574].

Самыми титулованными из родственников шаньюя являлись десять «темников» из родственников шаньюя, которые составляли соответственно четыре и шесть «рогов».

Четыре рога — левый и правый ашь-ван (по хуннски туци-ван[575]), левый и правый лули-ван. Они являлись наиболее богатыми и могущественными аристократами, так как по «классификации» Сыма Цяня они относились к так называемым «сильным» (т. е. имевшим в своем подчинении реально не менее 10 тыс. всадников) «темникам» (ваньци). Фань Е располагает их по степени знатности в следующем порядке: левый сянь-ван, левый лули-ван, правый сянь-ван, правый лули-ван. Следует иметь в виду, что слова левый и правый примерно соответствуют значениям восточный и западный, старший и младший[576].

В.А. Панов считает, что приставка ван к данным титулам — это дело рук Сыма Цяня, который ввел слово князь, поясняя тем самым, что речь идет о правителе во многом самостоятельного удела. Свою аргументацию Панов основывает на аналогии с древнетюркской титулатурой. В «Тан шу»[577] упоминается, что знаменитый Кюльтегин имел титул «восточного чжуки-князя» (эта традиция, видимо, досталась от хуннов), хотя на тюркском (об этом имеется соответствующая запись в рунах) данный титул назывался туг («знаменитый», от тюрк, туг — «знамя»). Приставка ван была добавлена китайцами для большей солидности[578].

Источники позволяют проиллюстрировать степень богатства этих сановников. В 72 г. до н. э. китайские и усуньские войска совместными силами разбили правого лули-вана и захватили почти целиком[579] его ставку. Плененными оказались 39 тыс. человек и среди них родственники шаньюя: тесть, старшая невестка и цзюйцы — принцесса (почему они оказались в ставке правого лули-вана, наверное, навсегда для нас останется загадкой), дувэй князя Лиюя, племенные вожди, тысячники и другие командиры. Усуням в качестве трофеев достался весь скот — свыше 700 тыс. голов животных (600 тью. овец, 50 тыс. лошадей, 50 тыс. крупного рогатого скота, верблюдов, ослов и мулов)[580].

Как правило, левый и правый сянь-ваны руководили соответственно восточным и западным крыльями империи. По аналогии с другими крупными кочевыми обществами можно предположить, что в каждом крыле империи существовало вторичное дробление пополам[581]. Тогда младшими соправителями сянь-ванов выступали лули-ваны. По сути дела, четыре «рога», или иначе четыре крыла, четыре ветви хуннского народа символизировали собой компоненты (возможно, четыре стороны света) хуннской идеальной структуры Социума и Космоса[582].

В сущности, крылья империи (и «малые крылья») представляли собой нечто вроде «государств в государстве». Их правители являлись проводниками центральной власти в регионах и одновременно главнокомандующими крупными армейскими подразделениями[583]. Левый и правый сянь-ваны обладали особенно большими полномочиями и даже некоторой автономией в вопросах войны и мира[584]. Особенно полно их власть проявлялась в периоды нашествий ханьцев несколькими армиями с юга. Так как постоянные советы с центром были невозможны по ряду очевидных причин (к тому же шаньюй, как правило, сам находился в аналогичном нелегком положении), на плечи левых и правых сянь-ванов ложилась вся тяжесть ответственности за самостоятельно принятые решения.

Поскольку левый сянь-ван, как правило, был официальным наследником престола, эта должность являлась хорошей школой управления для будущего правителя кочевой империи. При Модэ и его ближайших преемниках титула левого сянь-вана удостаивался, как правило, старший сын от главной яньчжи шаньюя. Позже, со 102 г. до н. э., когда порядок престолонаследия изменился, этот титул стали передавать в соответствии с очередью от брата к брату или от дяди к племяннику.