В здании космопорта суета царила и ночью. Хотя разве можно утверждать, что половина одиннадцатого — это уже ночь? Тем не менее, посетителей было очень много. Военные с эмблемами ВКС, офицеры полиции, какие-то «ново» одетые в странные, по имперским меркам, разноцветные вещи, и больше похожие на чудаковатых «инопланетян». Семьи с детьми, уже покидающие курорт и только что прилетевшие. Отличались они друг от друга только наличием или отсутствием шикарного местного загара цвета спелого персика. Дети иногда радостно галдели, когда что-то особенно красивое представлялось взору через большие панорамные окна. По имперской традиции космопорт был построен в одном из высокогорных массивов, поэтому из его окон открывался великолепный вид на океан с целой россыпью островов и островков. Под ночным небом они и правда очень красиво смотрелись, освещенные светом ночных увеселительных заведений, гостиниц и развлекательных комплексов. На одном из островов я сегодня познакомился с девушкой, при этом настолько был ей занят, что даже забыл спросить хоть какой-то контакт. За что уже полчаса искренно ругал себя и никак не мог остановиться.
«Отлично, господин мичман! Ну, ты и растяпа! Ну как так? О чём думал? Ладно, всё-таки я как-никак принадлежу к Императорскому флоту, и кое-с кем тут знаком. Костя, верный друг, наверняка мне поможет». Мысли лихорадочно летали в голове. Мысль о том, что я больше никогда не увижу эту девушку, сводила с ума. «Думаю не так много на Главной верфи девчонок, работающих техником нейроботов-ремонтников. Управлять ими даже я бы смог не сразу». Размышляя, таким образом, я шёл к месту, где стоял дежурный катер. Его массивный борт уже был мне виден. Низкий, приземистый, силуэт, которого практически скрыл из глаз дежурного офицера в полевой десантной форме 1 Гвардейского корпуса, который практически растворился на фоне корпуса корабля. Но, подойдя поближе, я увидел, что офицер не один, рядом с ним расположились два десантника с лихо заломленными голубыми беретами с эмблемой золотого двуглавого орла. Впрочем, их лихость не ввела меня в заблуждение: тройка вполне грамотно расположилась на входе, обеспечивая самый удобный сектор обороны. Увешанные с головы до ног тяжёлым вооружением, тройка откровенно валяла дурака, пытаясь слиться с толпой отдыхающих. Однако выходило это у них плохо.
— Мичман Давыдов, предписание штаба флота, вещи на борту — я протянул свой офицерский амулет дежурному капитан-лейтенанту.
Тот кивнул, и кинул карту в приемное устройство, через секунду я стал полноправным флотским офицером.
— Отход через тридцать минут, место по боевому расписанию двадцать четыре — равнодушно кивнул он мне и, указав на проем входа, вернул офицерский амулет.
— Рядовой проводит Вас — он выделил слово «Вас» каким-то особенным уважительно-пренебрежительным тоном старшекурсника Академии к «салаге».
— Антипов, проводи господина мичмана в кубрик — козырнув, капитан-лейтенант снова уставился на семейство ново, молоденькая девушка с ярко-голубыми волосами явно завлекала дежурного офицера, строя ему глазки.
Десантник в полевом камуфляже поправил на плече огромный АККС -1550 и мягко, для его громадного тела, нырнул в люк.
С замиранием сердца я двинулся за ним, ведь это было моё первое посещение настоящего боевого корабля. Впрочем, боевым кораблём назвать дежурный катер было уж чересчур напыщенно. Все тренажеры, объемно-галографические макеты приучали нас к боевым кораблям, но настоящее — естественно другое. Впрочем, катер ничем не удивил: лаконичное расположение кают и палуб, турелей и десантных модулей — всё это в совокупности было мне очень хорошо знакомо, и абсолютно понятно тем, кто провел хотя бы один год в Академии.
— Зря волновался, — удобно расположившись на своем штанном месте подумал я. — Накрутил черте что, боевой корабль, братство, не особо я тут и нужен кому, того и гляди «выдавят» с оплаченного места. Тревожные мысли продолжали метаться в голове. «Располагайтесь, господин мичман, сейчас вам подадут ужин и напитки» — подумал я, подшучивая над собой и своими страхами, пытаясь хоть немного подвинуть свою офицерскую капсулу, так неумело расположенную в проходе катера. Уставившись в иллюминатор, я на пару минут снова погрузился в глубину пространства.
— Разрешите? — приятный мужской голос отвлек меня от созерцания пространства и собственных не очень-то веселых мыслей.
Я повернул голову и увидел перед собой мичмана с эмблемой офицера радиоэлектронной службы. Молодое лицо с ярким румянцем на щеках, задорные и одновременно очень проницательные глаза, обычная фигура строевика Академии — абсолютно лишенное излишков веса мускулистое тело, мягкие, словно кошачьи движения, коротка стрижка.
— Располагайтесь, господин мичман — я аккуратно подвинул капсулу под сиденье и вжался в кресло, освобождаю проход. Ведь именно там находилось место номер двадцать пять, место дежурного офицера левого борта, вот как. Молодой мичман был специалистом первого класса.
— К нам, на «Бородино»? — с живым интересом спросил он меня.
— Так точно, на «Бородино».
