Для этого совсем не обязательно идти в кресло, да и нет у меня больше гриба — так офицеры — называют командирскую капсулу. Я могу отдавать приказы и на расстоянии — этому тоже способствует «мозг» башни. Инженеры Империи славились своим умением «учить» механизмы работать самостоятельно. Даже после гибели всего персонала орудий автоматика, после выполнения определенных запросов, перестраивалась на автоматическую работу по целям, указанным с командного пункта линкора. Она продолжала выбирать алгоритмы боя самостоятельно, корабли Империи нуждались в управлении при разогреве варп — двигателей и его контроле, прокладывании точного маршрута варп-перехода, в бою же «мозг» корабля действовал практически самостоятельно, что исключало зависимость от наличия экипажа. Максимально экипаж использовался при десантировании и подготовке плацдарма для основного флота, впрочем, в этом и заключался смысл наших крейсеров. Высочайшая надежность исполнительных механизмов и абсолютно адаптированная, самообучаемая программа управления кораблем, позволяла людям строить надежнейшие боевые корабли, которые могли выполнять сложнейшие задачи и служить долгие десятилетия без ремонтов и различных профилактических работ. Еще жива легенда о «Цесаревиче», первом линкоре Империи, практически без экипажа, он сумел выиграть сражение у пиратов, возле Сигмы -4, полудикой планетенке Окраинного Мира. Мне же посчастливилось служить на самой современной и самой мощной модели корабля — линейном корабле прорыва «Бородино». Только своим рождением на верфи он вгонял в трепет половину Освоенных Миров.
Несмотря на повреждения стволов двух орудий автоматика башни по прежнему работала безотказно, заряды лежали в стволах, словно ожидая момента вырваться на свободу пространства и понестись к цели и, наконец — то, вспороть борт кораблю глотов.
— Готовность, боекомплект?
— Полная, боевая, тысяча снарядов на орудие, отказов по стрельбе нет — «ответила» система управления боем «периметр» в ответ на мой запрос. Обмен данными происходил с помощью шлема «ратника» с внедренным в него модулем управления огнем. «Периметр» уже произвел сканирование корпуса чужака, на экране шлема четко пульсировали отметки поражаемых нами целей: главная палуба, рубка боевого управления, маневровые пилоны двигателей и осадный модуль. Отлично, вот сейчас мы и повоюем немного, подумалось мне. Я уже взял себя в руки, нервы и сомнения, куда — то улетучились. Всё — таки сказывались годы бесконечных тренировок в Академии. Увеличив «картинку» рубки чужаков я передал ее системе прицеливания, расчертив, на какую глубину должны попасть снаряды, и в какой момент времени сработать подрывные части. Остальное уже было делом техники, моментально произведя сложнейшие расчеты, система навела орудия на цель. Мысленно «утопив» кнопки пуска я дал команду залп. Сработали компенсаторы орудий башни, звука залпа просто не существует в современных кораблях. Шесть тупых темно-фиолетовых конусов, диаметром пятьсот восемь миллиметров, вспороли безвоздушное пространство Космоса, не встречая никакого сопротивления, практически по прямой траектории моментально поглотив дистанцию в пятьсот семьдесят восемь километров, они пронзили синевато-зеленою броню линкора глотов, и тут же, практически одновременно с проникновением в активную защиту, сработали механизмы подрыва. Я представляю, что в это время творилось в месте попадания корабля чужаков. Под чудовищным давлением ломался корпус, с треском разрывались стальные переборки и палубы или что у них там есть. Почти сразу последовал второй залп и тут же третий… Завыли установки охлаждения и подачи, башня перешла на беглый огонь.
За время освоения пространства было использовано много чего: различные виды лазерного орудия, ракетное вооружение с ядерными боеголовками и так далее. Но типы таких вооружений таки и не прижились. Конечно, они не были забыты и использовались на кораблях других назначений и различных специальных задач. Орудийные платформы, собранные в башнях, по старинке названные главным калибром, как и в далекие времена парусных и угольных кораблей решали исход сражений. Орудийная мощь, по-прежнему оставалась главным доводом в сражениях. В пустом пространстве Нового Мира смертоносные орудийные конусы, разогнанные до умопомрачительных скоростей, практически всегда решали главную задачу — победу над противником. Уничтожить их можно было только заградительным огнем, да и то не всегда. Наши, самые современные снаряды главного калибра, относились к числу совершенно секретных разработок. Еще на полигоне, возле Ригель-1 я был поражен пробивной и разрушительной мощью боевых конусов. Совершенно новый дредноут типа «Джордж Буш» Новоамериканских Штатов, специально доставленный на боевые стрельбы русского флота, конечно же, самый мощный и непобедимый, разлетелся на четыре громадных бесформенных куска. Ему хватило первого же залпа всеми орудиями главного калибра «Бородино».
