Порог Мироздания. Край Света, как нарекли это место люди. Легендарное, и до боли знакомое место. Тысячи раз я приходил сюда став богом, сотни тысяч раз я пролетал над Порогом Мироздания неприкаянным духом. Я был одним из тех, кто воздвиг величественный Храм Богов Апартиды, и я видел, как этот храм был разрушен. Теперь на месте Храма построено жалкое подобие, которое лицемерные Жрецы выдают за венец творения…
Но сегодня я здесь не для праздного времяпровождения. Уже который год я следую за ней по пятам. Эрика, потомок моего главного врага, самого бога Сиола, наследница древней Империи. Она — мое будущее, которое я избрал сам. Наследница, по воле Мироздания, рожденная не такой, как обычные люди, и по воле невежественной толпы признанная выродком. Отданная в Храм Мироздания на растерзание лицемерным жрецам. Я был рядом с ней, когда Жрецы в своих великих целях превращали её в безвольную куклу. Она верила им, не сопротивлялась, быстро смирившись с собственной участью: страдать, быть покорной перед высшими силами, и молиться. Вот только я знал, все молитвы напрасны. Я наблюдал за ней, и понимал, она неспособна вынести эту ношу. Она имеет возможность получить безграничную власть, но никогда её не получит. Потому что эта борьба не для её духа. Здесь ей не место.
Уже тысячи лет я просто наблюдатель. Бесплотный дух, не имеющий возможностей влиять на мир живых. Неприкаянный дух. Мне закрыта дорога в мир живых. Мне нет места в Бездне. Такова плата за мой вызов самому Мирозданию. Плата за непокорность. За то, что однажды, мне стало мало быть просто Богом, исполняющим волю Высших Сил. Мне было мало повелевать силами жизни, я жаждал абсолютного могущества. И я возжелал повелевать не только миром живых, но и миром мертвых. Потому что нельзя стать властителем жизни, не будучи властителем самой смерти. Мне удалось добиться своего. Я изменил порядок, самовольно нарушил равновесие, был проклят, и однажды проиграл, став жертвой предательства. В наказание я получил вечную жизнь бесплотным духом, не существующим для Мироздания. Чужой для этого мира, достигший того, чего желал, абсолютной свободы от всего, и от жизни и от смерти. Такое же наказание получают все мои последователи. Любой отрекшийся обречен видеть жизнь, не имея права жить. Сходить с ума, без права на безумие. Умирать каждый день, без права на забытье. Такова воля Мироздания.
Но выход есть всегда. У любого отрекшегося есть выход. Те, от кого Мироздание отвернулось ещё при рождении. А также те, кто не хочет жить. Для неприкаянного духа это возможность обрести плоть, а вместе с ней и покой. Ведь рождаясь в мире живых любой дух, даже отрекшийся, лишается памяти о прошлом. Только я не желал уходить бесславно, и потому ждал свой шанс. Мироздание, само того не желая, дало мне шанс. Наследница дала мне шанс. Жрецы, прикрывающиеся волей Мироздания, а на самом деле готовые на все ради достижения могущества, дали мне шанс. Жрецы, прикрывающиеся волей Проклятого, так же готовые на все, дали мне шанс. Ритуал, не имеющий смысла, дал мне шанс. Кровавая битва за право обрести могущество, дала мне шанс. Шанс прорваться в мир живых.
Я знал, однажды она захочет умереть, и поэтому всегда следовал за ней. Следовал за ней и ждал. И вот этот день настал. Я видел страх в её глазах, когда Жрецы различных мастей делили её как трофей, и превратили Порог Мироздания в поле битвы между четырьмя стихиями и силой тьмы. Страх заставил её безоглядно бежать, и выбрать смерть, чтобы прекратить эти непонятные для неё муки. И она полетела вниз. А я вслед за ней. Когда я был возле её окровавленного тела, она была ещё живой. Но я знал, она не захочет остаться. И вот к ней подбегают двое Жрецов в черных мантиях, и куда-то забирают. Они полагают, Эрика их последний шанс обрести могущество, а значит, будут бороться за её жизнь. Что же, сегодня они своего добьются, но получат ли они свое в дальнейшем? Я в этом сомневаюсь.
Я следую за ними по пятам. И каждую секунду осознаю, что скоро вновь стану смертным. Скоро мой путь будет закончен. В последний раз я вспоминаю прошлое. Странно, несмотря на то, что прошло так много времени, я помню все. Я родился именно в то неспокойное время, когда Миория была охвачена огнем, а реки порой приобретали кроваво-красный цвет. Впрочем, как всегда. Ничего не меняется, все идет по спирали. Пусть и на карте тогда были совсем другие Империи, Королевства и народы, а люди тогда делились на господ и рабов. Как, впрочем, и сейчас, не только в Халифате, везде. Пусть формально все свободны, но по сути, это только иллюзия.
