До деревьев оставалось полсотни ярдов. С бьющимся сердцем Бриала без оглядки неслась к лесу. В землю перед ней с глухим стуком ударил арбалетный болт. Другой угодил ей в спину – скользящим ударом, который отразила драконья кожа, но толчок был так силен, что Бриала споткнулась. Завтра на спине будет синяк.
Она достигла деревьев и продолжала бежать. Низкие ветви, пылавшие огненно-золотым багрянцем осени, хлестали ее по лицу и рвали плащ. От нестерпимой боли перехватило дух – еще один болт вонзился в плечо. Эльфийка пошатнулась, зацепилась ногой о тонкий упругий корень и грянулась оземь, взметнув ворох опавших листьев.
И услышала стук копыт.
Она полагала, что лес укроет ее от погони, что стражники не станут углубляться в лес ради поисков одной-единственной беглой эльфийки. Судя по перекликающимся голосам, она ошиблась.
Бриала кое-как поднялась на ноги и, вглядевшись в переплетение ветвей, различила по меньшей мере два десятка пеших преследователей – не считая нескольких всадников. В лесу им, конечно, будет немного проку от лошадей, особенно если она станет держаться чащи, но пытаться сбить со следа стольких охотников…
Бриала подняла лук. Убежать от погони немыслимо, и если уж ей предстоит сражаться, то пускай сражение будет на ее условиях.
Она натянула тетиву – и тут земля под ногами тяжело всколыхнулась.
На миг Бриале почудилось, что ее снова подстрелили, и она повалилась на колени. Мир вокруг извивался и корчился, земля вспучивалась и опадала, точно вода в птичьей купальне, когда бросишь в нее камень.
Деревья раскачивались и плясали, с шорохом и шелестом осыпалась листва. Багряно-золотой вихрь закружился перед Бриалой, и она уже не могла разглядеть людей, оставшихся в поле. Зато слышала их душераздирающие крики и пронзительное ржание лошадей. Эльфийка замерла, сжавшись в комок на земле, которая все так же корчилась и сотрясалась под ней. Стиснула зубы, чтобы не дать им стучать.
Когда листья осели наземь, Бриала вновь увидела поле. Люди – почти все – упали на колени, некоторые лошади сбросили седоков, одна неподвижно лежала на земле. Солдаты выхватили мечи и дико озирались в поисках врага, хотя на них ополчилась сама земная твердь.
– Анет ара, да’лен, – прозвучал голос Фелассана.
Бриала вскочила на ноги. Она могла бы поклясться, что до сих пор была совершенно одна, но сейчас рядом стоял ее наставник в безукоризненно чистом, как всегда, плаще, и посох его был направлен на ее преследователей.
– Я так рад, что ты сумела выбраться оттуда.
– Ты этого ждал? – спросила Бриала, и эльф улыбнулся.
– У меня и в мыслях не было сунуться в лагерь. – Его передернуло. – Столько солдат! Но я подозревал, что ты не упустишь своего шанса… или же ведра.
Посох Фелассана полыхнул ослепительно-зеленым сиянием, и высоко над головой дневное небо, подернутое пасмурной дымкой, вдруг почернело. Молния распорола воздух, ослепила Бриалу бело-голубой вспышкой, а следом громыхнул гром, отчего ее пронизала дрожь. Вторая молния обрушилась на поле, и лошади отчаянно заржали. Затем уже молнии хлестали одна за другой, и было их столько, что Бриала сбилась со счета.
– Что ж, я готов отправляться, как только ты скажешь, что нам пора, – проговорил Фелассан, устало улыбаясь.
Бриала вгляделась в исхлестанную вспышками молний темноту и различила поле, подпалины на земле и недвижные обугленные тела.
– Думаю, что нам пора, – сказала она и вслед за своим наставником двинулась в глубину леса.
Первая стычка произошла уже через пару часов после того, как Селина и сэр Мишель ускользнули из западни, устроенной Гаспаром.
Они поскакали на север от места битвы и въехали в лес, не настолько густой, чтобы вынудить беглецов спешиться, но все же мешавший разглядеть их издалека. Несколько минут Мишель погонял коня, но затем сбавил ход до рыси, а после и вовсе перешел на шаг.
– Прошу прощения, ваше величество, – проговорил он прежде, чем Селина успела спросить, в чем дело, – но галоп под двойной ношей очень скоро загонит Шеритенна до смерти, а нам нужно, чтобы он продержался как можно дольше.
С этими словами он похлопал коня по боку, и Шеритенн отозвался тихим согласным ржанием.
– Сэр Мишель, – сказала Селина, – я всецело доверяю твоему опыту. Делай все, что сочтешь нужным для нашего спасения.
И вот уже часа два они двигались шагом по старой охотничьей тропе. Сэр Мишель, щурясь на подернутое дымкой солнце, держал путь на северо-восток в надежде обогнуть Халамширал и вернуться на Имперский тракт по другую сторону от города. Селина помалкивала, хотя части парадного доспеха, которые еще оставались на ней, немилосердно натирали кожу. Доспеха, который вовсе не предназначался для использования в бою, при всей красоте филиграни, покрывавшей нагрудник, который теперь был смят и брошен далеко позади.
Внезапно лес ожил.
