В-третьих, к своему собственному удивлению, он понял, что ему действительно понравилось убивать людей.
Едва солнце скрылось за горизонтом, на торговой площади показалась телега. Обычно площадь была занята ремесленниками и лавочниками, торговавшими продуктами. Не стоит даже и упоминать, что по своей красоте она значительно уступала торговой площади верхней части Халамширала, но все же была немного чище и опрятней, чем трущобы, в которых ютились эльфы. По всей площади стояли торговые палатки, укрытые простыми кусками ткани и ярко разрисованные фигурами драконов и шевалье. В самом сердце площади возвышалась платформа, на которой барды и прочие любители блеснуть мастерством могли заработать пару звонких монет.
Стражники, недовольно кряхтя, осмотрели телегу и велели погонщику побыстрей разгружать товар. Судя по их разговорам, мерзкие эльфы в последнее время воруют все подряд, поэтому даже в таких частях города не безопасно.
Трен прислушивался и следил за ними с крыши примыкающего к площади дома, затем подал сигнал гонцу, защищая которого погиб Лемет. Мальчишка ухмыльнулся в ответ и удрал прочь.
Досчитав до ста, Трен поднялся. Он вложил камень в пращу, раскрутил и отправил в полёт. Камень промчался через площадь и исчез из виду. Трен увидел, как стражник пошатнулся и схватился за кольчугу, до его ушей донесся звук лязгнувшего о металл камня.
И тут на площадь со всех сторон обрушился шквал камней. Торговцы разбежались, крича, а камни падали градом, грохоча, врезаясь то в булыжники, то в доспехи или живую плоть. Стражники заметались, взводя арбалеты и пытаясь разглядеть в сумерках цели. Лошади брыкались и ржали, погонщики изо всех сил пытались защитить их от ударов камней. Трен крутанул пращу, запустил ещё один снаряд и выругался. Он практиковался с пращей всего несколько недель, но уже точно мог определить, пролетит камень мимо или попадёт в цель.
Что-то резко просвистело рядом с ухом Трена, и он почувствовал движение воздуха от болта, пронёсшегося мимо его лица и вонзившегося в стену здания позади него. Пару недель назад Трен съёжился бы на земле от ужаса. Сегодня он по-звериному оскалился, а мгновением спустя стрелявший в него стражник упал на колени с залитым кровью лицом.
Площадь почти опустела. Стражники валялись на земле, если не убитые, то оглушённые, и было лишь несколько драгоценных минут, прежде чем прибудет подкрепление. Один из воров прокричал команду, и Трен перегнулся через край крыши, спрыгнул вниз, неловко подвернув лодыжку при приземлении. Бранясь, он поднялся на ноги и присоединился к остальным.
Заткнув пращу за пояс и вытащив нож, он, как и другие воры, решительно направился в сторону площади.
— Пожалуйста! Пожалуйста, у меня семья! — торговец с окровавленной головой упал на колени и пополз прочь от приближающегося Трена. Трен ударил его по голове и, ухмыльнувшись одному из эльфов, пошёл дальше.
Стражник, пустивший в него болт, по-прежнему стоял на коленях и тряс головой. Подойдя сзади, Трен ухватил его за плечо, вонзил его же кинжал ему под челюсть и перерезал горло. Стражник упал, булькая и хватаясь за горло.
Когда он убивал своего первого стражника, его одолевали сомнения. Тот человек был вооружен, и Трен спасся только благодаря одному из опытнейших воров, который после глумился над своим собратом весь остаток вечера. Но во второй раз Треном двигала необузданная, неуправляемая энергия, та самая, с которой молодой человек впервые познаёт женское тело. Тогда он заколол служителя порядка прямо в шею. Бедолага умирал мучительно и долго, а Трен не смел вытащить свой кинжал, пока стражник не испустил последний вздох.
На третий раз все прошло без сучка и задоринки, и в течение следующих недель многие стражники присоединились к своим мёртвым сослуживцам. Всего одно плавное движение, не слишком быстрое и не слишком порывистое, требовалось для того, чтобы стражник, только-только так долго насмехавшийся над эльфами, стал валяющимся на земле трупом.
Тем временем эльфы уже избивали погонщика тележки, корчившегося на брусчатке. Трен не обратил на них внимания и вместе с другими принялся осматривать телегу.
— Одни продукты и кухонная утварь, — произнёс один из них, когда Трен приблизился. — И немного лампового масла.
Трен кивнул. Ламповое масло можно использовать для поджогов, а кастрюли пойдут на оружие.
— Так что возьмем? — спросил другой. — Нет времени утащить всё.
Трен глянул на тревожно ржавших лошадей и потянул их за сбрую.
— Берем всё. Кто умеет управляться с телегой?
Ответом была тишина. Нахмурившись, Трен повернулся к эльфам, избивавшим погонщика.
— Поднимите его!
Эльфы с неохотой последовали приказу и подняли человека с земли. У него был расквашен нос, и он стоял, скрючившись от боли, однако на вид серьезных повреждений у него не было.
— Ты хочешь жить, шем? — резко спросил Трен. — Поедешь, куда скажем, и тогда уйдёшь на своих двоих.
Откашлявшись и переведя дух, человек задал встречный вопрос:
– А что насчёт лошадей?
Трен рассмеялся. Получилось громче, чем он хотел бы — пыл сражения всё ещё давал о себе знать.
