Марина пить шампанское отказалась, сославшись на головную боль и кошмарную ночь. У Кирилла от алкоголя разгладились хмурые морщинки, и он убежал к себе в номер, чтобы приготовиться к фотосессии. Анжела без аппетита ковыряла в своей тарелке остывшие блинчики, а Трейд принялся помогать Наталье Васильевне убирать посуду.
Анжела мечтательно улыбнулась.
– Таня, а в Испании настоящий песок на пляже? Я на речке только была у нас, там все в мусоре и острых камнях.
– Думаю, что настоящий. Я не была на таком, но читала во всех журналах.
Я все больше нервничала от того, что в отеле мы находимся, как в закрытой капсуле, и снова принялась искать решение.
Кирилла на эту тему было бесполезно спрашивать, он уже осваивал роль капризной знаменитости и возмущался в коридоре, почему в его номере нет фена и льда. После вчерашней бутылки коньяка ему требовалось много усилий, чтобы привести себя в порядок. Марина ушла в свою комнату сразу после завтрака, женщина была бледной, с осоловелым взглядом, но мне показалось, что это лишь последствия бессонной ночи в поезде. Я прошлась по мягкому ковру в переходе, остановилась перед тяжелой дверью в комнату Марины и постучала, но из-за двери не раздалось ни ответа, ни шагов. Пришлось постучать сильнее, потом дергать ручку, потому что меня охватило беспокойство, все ли с женщиной в порядке. Наконец через несколько минут Марина открыла дверь, вид у нее был очень странный: испуганный взгляд, пунцовые пятна на лице и шее. Она втащила меня за рукав в свою комнату и еле слышно зашептала:
– Это ты смеялась и кричала, ты? Розыгрыш придумали, да? Это все Кирилл, я догадалась! Великовозрастный идиот. Тело выросло, а мозги нет. Немедленно прекратите, или я на вас пожалуюсь Трейду! – Ее трясло, глаза были выпучены, а по платью растеклись темные пятна от пота. – Сейчас же прекратите! Глупые малолетки!
– Успокойся, Марина, о чем ты?! Что тебя так разозлило? – Я попыталась усадить перепуганную женщину в кресло, но она в сильном возбуждении вырвалась и начала рыскать по номеру, заглядывая под кровать и за шторы. – Что ты ищешь? Что с тобой?
Толстуха опустилась без сил на пол у окна, по лицу у нее потекли слезы:
– Ты правда не понимаешь?
– Я вообще не понимаю, о чем ты говоришь. Я была в номере, приняла душ и пошла на завтрак. Сейчас забежала к тебе спросить, есть ли у тебя мобильная связь на телефоне. У меня сигнала ноль, не могу с мамой связаться.
– Ты сейчас возле моей двери стояла и не слышала никаких криков? – Марина внимательно следила, как я отрицательно качаю головой. – Я несколько часов слышу крики, как только вошла в комнату, начали раздаваться жуткие адские визги. Я думала, может, это страшный сон, мало поспала в поезде. Я щипала себя, водой умывалась холодной, но они кричали и кричали.
– Кто они, Марина?
– Дети, они визжат и смеются: толстуха, бегемот, жирная тварь. Они опять кричат и смеются. Все утро!! Они не замолкают даже на секунду. Только когда ты зашла, они замолчали! – Толстуха подползла ко мне на коленках, вцепилась в руку и, глядя в глаза, зашептала взбудораженно: – Правда не слышишь? Я что, сошла с ума?
– Из твоей комнаты ничего не было слышно, я прислушивалась возле двери, потому что ты долго не открывала.
Я внимательно присматривалась к Марине, как бегают ее глаза без остановки, как она раскачивается и слабо реагирует на мои вопросы.
– Ничего, ничего, кроме этого визга! Это адские голоса, наказание за мои грехи. – Женщина начала ритмично раскачиваться, она застыла на полу возле кровати в странной позе. Она стояла на коленях, сцепив руки перед собой, и качалась вперед и назад, шепча о голосах в голове.
Я помогла ей подняться. Может, длинная поездка или обильный завтрак так подействовали. Марина, качаясь, дошла до кровати и почти сразу стала засыпать, как только растянулась на матрасе. Она вцепилась мне в руку:
– Не уходи, они не кричат, пока ты здесь! Я не могу открыть дверь, не могу выйти и позвать помощь. Я кричу, дергаю ручку, но ничего не происходит.
– Все в порядке, я посижу с тобой, пока ты не заснешь. Тебе, наверное, просто приснился страшный сон. Такое бывает, это называется сонный паралич, когда человеку кажется, что он проснулся, но при этом происходят кошмарные вещи. Это всего лишь страшный сон после тяжелой ночи, мозг перенапрягся, – успокоила я ее.
Ждать пришлось недолго, и уже через минуту раздалось тихое похрапывание. Я бесшумно поднялась, внимательно осмотрела номер, но не нашла ничего подозрительного. Стандартный набор мебели: большая кровать, пара мягких кресел, туалетный столик с зеркалом и плотным пуфом под столешницей, компактная ванная с душем и стопкой белоснежных полотенец, никакой техники. Комната была более мрачной из-за плотных штор, окна выходили на скромную металлическую ограду и лес за ней. Марина застонала во сне, я накрыла ее покрывалом, вышла из комнаты и захлопнула дверь. Возможно, стоит поговорить с Трейдом, узнать, как сделать звонок, и обсудить странное поведение его подчиненной.
