Девушка смотрела в его бездонные глаза и не знала, что ответить. Только в книгах и рассказах путешественников свобода превыше всего. В жизни же всё совсем иначе. Пока мы идём на поводу наших обязанностей, традиций, общественного мнения и обстоятельств, мы бесконечно болтаем о том, как было бы хорошо всё изменить. Навсегда разрушить этот порочный круг из бесконечно повторяющихся однотипных событий. Но на самом деле, мы этого не хотим. Лишь в мире, где наши решения кем-то определяются, мы можем чувствовать себя в безопасности. Стоит нам дать в руки яркую птицу свободы и она склюет эти самые руки в кровь ещё до того, как мы успеем её отпустить.
У Вивианны никогда прежде не спрашивали, а чего, собственно говоря, желает она сама. Никто не интересовался тем, принимает ли она свою судьбу и хотела ли что-либо изменить. Возможно именно поэтому она оказалась совершенно не готова к такому вопросу.
- Я не прошу отвечать тебя сейчас, - Виви по его глазам увидела, что он понял её и без слов. - У тебя ещё будет время подумать. Но я прошу тебя решить, хочешь ли ты, чтобы рядом с тобой был я?
Вивианне понадобилось не меньше минуты, чтобы собраться с мыслями. Она чувствовала, как дрожат её руки и колени. О, духи, неужели ей придётся произнести это в слух?
- Ты совершенно прав. Меня никогда не спрашивали о том, чего хочу я, - её голос предательски дорожал. В какой момент она стала такой трусихой? - Со временем я разберусь с этим, но ты должен услышать это от меня, пока я всё ещё могу связно говорить. Я сказала тебе "да" тогда, потому что должна была, и я говорю тебе "да" сегодня, потому что отчаянно этого желаю. Я хочу засыпать с тобой и просыпаться. Хочу заботиться о тебе. Хочу печь тебе черничные пироги и слушать о том, как прошёл твой день. Хочу быть за тобой. Хочу стать твоей женой и матерью твоих детей. Хочу гордиться тобой, уважать и любить так сильно, насколько у меня хватит сил. Я хочу быть собой. Но всё это имеет смысл только если рядом будешь ты.
Пока Вивианна произносила с таким трудом дающиеся ей слова, она не могла взглянуть на него. Девушка боялась, что сказала слишком много. Откуда у неё вообще нашлось столько слов? Она была почти уверена, что он не может желать того же, и наверняка испуган её чувствами.
Вивианна вечность бы смотрела на ворот его пальто, если бы он осторожно не коснулся её подбородка. На его лице была самая счастливая улыбка из всех, что она когда-либо видела.
- Давая тебе свободу, я был уверен, что ты уйдёшь искать свои берега самостоятельно. Я был к этому готов. К тому, что бы отпустить тебя, и навеки оставить в покое, - он вдруг рассмеялся. - Но я, кажется, не был готов к тому, что ты захочешь остаться. Я так сильно хотел этого, что не смел и надеяться, - он провёл рукой по её щеке, - заслуживаю ли я такое счастье?
Вивианна неловко коснулась его шеи, проведя линию до ключицы. Она была не в силах поверить, что теперь имеет на это право.
- Мы умирали так часто, будто уже прожили сотни жизней и заслужили счастья хотя бы в одной из них.
Больше слов не требовалось. Он едва коснулся её губ и заключил в самые тёплые объятия на свете. Никогда прежде Вивианна не была так счастлива. Прямо в центре белого храма в руках этого мужчины она неожиданно нашла своё место. Теория о равновесии оказалась верна. Даже главные гармонисты вселенной вправе получить своё заслуженное счастье.
- Я, конечно, прошу прощения, но что это было? - Жрец бережно закрыл белую книгу и видя, что до его комментариев никому нет дела, продолжил монолог. - Я же обо всём спросил! Какой тут развод! Ох, поженил бы вас прямо здесь и сейчас, но время не терпит. Речь была действительно проникновенная. Так и знайте, девушка, Ваше признание пробивает даже мужское самообладание.
Не обращая ни малейшего внимания на болтовню жреца, они могли бы простоять в объятиях друг друга вечность, если бы из-за колонны не разнёсся звучный мужской голос.
- Очень трогательно. Кто из вас желает объяснить императору, что здесь происходит?
***
Неужели духи не могли им подарить ещё несколько минут? Почему их жизнь обречена на вечные трудности?
Вивианна почувствовала, как напрягся Инар. Они едва успели насладиться таким долгожданным счастьем, когда пришло время вновь за него бороться. По одному лишь взгляду, Виви поняла, что ситуация более чем серьёзна.
- Император, - Инар выпустил девушку из объятий, но продолжал сжимать её руку, - прошу прощения за то, что Вы стали невольным свидетелем этой сцены.
Статный мужчина с длинными серебристыми волосами забранными в хвост, тонкими чертами лица и карими глазами казался резко постаревшей копией своего сына. Хотя, конечно, всё было наоборот. Он медленно подошёл к ним ближе, получая возможность лучше рассмотреть гостью. Белый костюм лишь подчёркивал его худощавое телосложение. Но что-то в его облике казалось для Вивианны смутно знакомым. Или это было результатом впечатлительности и силы самовнушения?
- Мне казалось, что решение о вашей помолвке было принято довольно давно. Или я ошибаюсь?