Лорд Соладара встал из-за стола и, подойдя к зеркалу, оттолкнул в сторону замешкавшегося кхаш. Балор прошептал несколько слов, прикоснувшись рукой к холодной, чисто вытертой поверхности зеркала, и в следующую секунду отражение в нём подёрнулось рябью, а вскоре и вовсе исчезло, чтобы уступить место другому образу.
Это был молодой парень, не старше двадцати лет. Светлые волосы слиплись от грязи, а на лице красовалось как минимум штук пять шрамов. Он был северянином, Балор безошибочно понял это по глуповатому выражению лица и дурацкой улыбочке.
- Вот ты и попался, маленький предатель, - сказал Балор с тенью улыбки на лице.
- Что? – северянин удивлённо посмотрел на зеркало, а затем его серые глаза резко изменили цвет – они стали ярко-фиолетовыми, - Агадар?
- Здесь ты должен сказать примерно следующее: «папочка, я так рад тебя видеть!», и да, здесь я не Агадар, а Балор.
- Ты давно за мной следишь? – спросил парень, подозрительно прищурившись.
- Я всегда знаю о твоих делах, Рэнх’Ар, или ты забыл, как я создавал тебя? Ну да это сейчас не так важно. Поскольку в этот раз в главной роли выступает Эрхен, я не стану тебе мешать, сынок, думаю, будет очень забавно увидеть, как он сядет в лужу. Да вот только недавно я почувствовал, что с юга к моему дорогому Элхарту тянутся шесть паучьих лап. Твои проделки?
- Думаю, ты и так знаешь, - ответил ему Рэнх, - его зовут Сарк, и он хочет очистить разум Императора от твоей порчи.
- Я думал, что они все погибли, - задумчиво сказал Балор, пригладив свою небольшую бородку, - но, так или иначе, скажи ему, чтобы не особо торопился. Эрхен сейчас в столице, и если этот Сарк будет действовать так же грубо, то вскоре нарвётся на ответный удар.
- Он сильнее, чем ты думаешь, - ухмылка скользнула по лицу северянина, - и его поддерживает наш общий друг.
- Страж? Он не забыл про этот кусок земли?
- Он ни о ком не забывает.
- И поэтому ты переметнулся на его сторону? – в глазах Балора мелькнула насмешка, - что же такого он тебе пообещал, что ты так легко предал Харэн?
- Мир, - негромко сказал Рэнх, и на миг его глаза блеснули зелёным светом, - он вернёт мне мой Мир.
- Старый ублюдок… - на этот раз в голосе Балора слышалось явное удивление, - он нашёл Её?
- Ты ведь понимаешь, что я не могу с тобой говорить об этом?
- Чёрт с тобой, - разочарованно пробормотал лорд Соладара, - надеюсь, что ты все-таки сумеешь обдурить Эрхена, и тогда мы с тобой сможем поговорить уже лично. И знай, если он тебя поймает, то я тебя выручать не стану! Ну, или хотя бы посмотрю, как он тебя помучает, и только потом вытащу.
С этими словами он ударил кулаком в зеркало, разбившееся на множество осколков.
Появление Рэнха сделало игру ещё более интересной и разнообразной. Только вот Балор не хотел выдавать присутствие своего «сыночка» Эрхену, и поэтому пришлось разбить зеркало, ведь если тот прознает, что на севере сейчас обитает ещё один из Амал-аш, то события станут куда более предсказуемыми и скучными. Немного подумав, лорд Соладара решил устроить небольшой пожар, чтобы наверняка не навести гончих на след Рэнха. Пускай Эрхен отправляется на север, и там эти два одиночества наконец-то встретятся, а он, Балор, будет сидеть во дворце и тихо наблюдать за развитием игры. Это будет забавно.
***
Дворец
Эрхен расположился в Императорской библиотеке, за тем самым столиком, где Балор всего лишь несколько недель назад перечитывал священную книгу южан. Принц был занят чрезвычайно важным делом – он составлял две речи, которые его батюшка, Император, должен будет зачитать перед народом Катарской Империи. Первая речь была о предательстве лордов Бакорта и Корантара, в своей безумной жажде власти попытавшихся развязать гражданскую войну, а во второй… вторая речь ему нравилась куда больше, ведь в ней говорилось о принятии Императором и, как следствие, всей Империей новой, истинной веры. Огненные Боги будут править душами этих людишек, а тот жалкий идол, которого они придумали для успокоения своих страхов, будет навсегда забыт и сгинет во тьме.
А вокруг Эрхена парили в воздухе игральные карты, то и дело норовившие залезть ему под руку и всячески мешавшие составлять речь. Некоторые из них нет-нет, да отделялись от общей массы и, подлетая к столу, занимали своё место в хитрой конструкции, за строительством которой наблюдал лорд Балор, стоявший у окна. Карты складывались в «домик», к которому лорд добавлял все новые и новые детали.
- Четыреста лет я создавал эту Империю, - негромко сказал Балор, развернувшись к окну. Он смотрел на людей, запрудивших дворцовую площадь, а карты все так же продолжали складываться друг с другом, - Балор Первый, так они меня звали, когда я только появился среди них. Великий завоеватель и не менее великий дипломат. Я строил её часть за частью, кирпич за кирпичом.
- Слишком долго, – сказал Эрхен, не отрываясь от написания, - я покорил юг всего за пятьдесят лет, а ты играл в свои «Империи» четыре сотни лет.
