— Не был, к тому же Ицце не поклоняются в Мауле и Тинсу. Там нет таких статуй. Но почему-то мне приснилась она, — Амару махнул головой в сторону скульптуры.
Они втроём разглядывали её. Бронзовую фигуру в полумраке леса. Вернулся Джозу с разочарованным лицом:
— В здании пусто. Только летучие мыши. Может остановимся здесь, Чанти? Не так много осталось времени до ночлега.
Тот покачал головой:
— Не стоит ночевать в храме.
— Брось свои штуки. Этот храм давно пуст. Хорошо твоё священное место, заполненное мышами. Я решил, что остановимся здесь.
Чанти пожал плечами:
— Решаете вы, господин. Но я должен был предупредить.
Джозу с раздражением отмахнулся от него:
— Конечно, решаю здесь я.
Он повёл Лорену за собой. Чанти глядел им вслед. Амару не спрашивал его ни о чём. «Как бы сбежать отсюда», — подумал он.
Кони хрустели ветками деревьев, ещё более голодные, чем обычно. Подножный корм был для них плох и лошади худели. Керро уже прикидывал с какой из них придётся начинать забой, в случае чего. Его увлекла идея о поиске города. «Как только достану золото, то куплю себе землю. Хорошее поместье, как в родной Марриоссе. Тинсу мы завоюем обязательно, если так повелит король, и здесь будет рай для виноделия. Подумать только, никто из местных не знает вкуса вина! Заведя виноградники, можно стать уважаемым всеми землевладельцем и никогда не возвращаться к войне. Как же надоело это бесконечное бродяжничество!» — вспомнив о Марриоссе, Керро немного загрустил. Разминая раненую руку, с которой только недавно снял перевязь, он не заметил подошедшего Джозу:
— Заживает?
— Да, — Керро кивнул, — ещё немного и будет как прежде. Главное, не ввязаться в бой на мечах, пока не заживёт. Но здесь в лесу, вроде бы нет людей.
— Чанти говорит, что тут только Миауа, — сказал Джозу с усмешкой. — Какие же суеверные эти дикари.
Керро с усилием заговорил:
— Не знаю, Миауа там это или нет, но я всегда чувствую чьё-то присутствие вокруг. А ты ведь меня знаешь, Джозу. Я не из суеверных. На островах бывали леса погуще и пострашнее этого и никогда они не вызывали такого ощущения.
Джозу впервые за дорогу серьёзно отнёсся к словам о Миауа. Он знал Керро, который не верил решительно ни во что, кроме меча и золота. «Если ему не по себе, то возможно, что и вправду в этом лесу кто-то есть» — разглядывая всё вокруг, Джозу заметил, что как-то потемнело.
— Похоже, что будет дождь. Мне кажется, с грозой, — произнёс Керро. — Хорошо, что мы остановились здесь. Не хочется промокнуть, а тут такие залы, что можно и лошадей ввести внутрь.
Джозу согласился с ним, хоть ещё секунду назад думал, что надо больше прислушиваться к словам Чанти.
Отдавая приказы, Джозу руководил размещением. Лошадей ввели в зал на первом этаже, невзирая на протесты Чанти. Кони фыркали и беспокоились. Себе Джозу выбрал комнату на втором этаже. Небольшое помещение с одним выбитым окном. Выгнав летучих мышей, висящих на потолке, он разместил свой тюфяк на каменной кровати. Его люди развели маленький костёр прямо в зале храма и сидели вокруг него. Чанти держался особняком, приглядывая за Амару. Лес гудел от ветра. Хлынул ливень, как будто море полилось с неба. Грызя кусок вяленого мяса и сухарь, Амару порадовался, что они под крышей. Внутри здание было украшено барельефами животных, различной степени сохранности. Особняком находилось почти стёртое изображение крылатой фигуры, привлёкшее его внимание. «Миауа, — догадался он, — жаль, что ничего не разобрать». Изображения животных были очень реалистичны и Амару узнавал их сразу. «Значит, наверное, Миауа должны были изобразить так же. Интересно, каковы они на самом деле?» — думал он.
Сверкнула молния и грохот потряс храм. Керро усмехнулся:
— Я же говорил, что будет гроза.
Джозу кивнул и повёл Лорену наверх. Она не хотела идти, но не смела отказаться прилюдно. Вот уже какое-то время он не притрагивался к ней, и ей почти удалось убедить себя, что так продлится ещё долго, потому что они окружены людьми практически постоянно. Теперь, покорно поднимаясь за ним по лестнице, она вспоминала, как раньше играла с мужчинами, ухаживающими за ней. С какой гордостью вела себя, чтобы потом превратиться в вещь. Жалкую безвольную шлюху. Она прикусила губу до крови.
После того, как Джозу спустился обратно, оставив её лежать на кровати, Лорена оделась и подошла к окну. Дождь лился рекой, сверкали молнии. Было прохладно и она набросила на себя куртку. Лорена стеснялась спускаться вниз, зная, что все взгляды будут прикованы к ней, но ей почему-то хотелось пойти туда. Увидеть Амару, сидящего у костра, и даже Чанти, к которому она привыкла. При мысли об Амару, Лорена поморщилась. «Он ведь видел, как Джозу меня уводил, — подумала она. — Ну и что поделать, всё равно придётся спуститься». Решившись, она впервые за время похода по лесу, распустила свои золотые волосы и зашагала вниз.